Даже в глазах ничего не было. В них не было ничего живого по отношению ко мне.
Пока он ел, его пристальный взгляд не отрывался от моего лица. Живот неприятно скрутило тревожным чувством. По какой-то причине он заставлял меня волноваться. Я не знала, почему именно, но что-то подсказывало мне, что я должна быть осторожна с ним.
Грохот и вскрик снаружи заставили меня вздрогнуть и обернуться. Мой взгляд метнулся в коридор, откуда и раздавалась эта разрушительная какофония.
— Только не ваза. Только не ваза! Блять, Череп, уйди с дороги!
— Я уронил кексик! Не наступи на него! Блять!
Влад тяжело вздохнул, встал и вышел из комнаты.
Я осталась сидеть на диване, чтобы не попасть под раздачу, желая, чтобы Леша не слишком много боли причинил своим друзьям.
22.3. Что это было?
POV Леша
— Чья это была блестящая идея — снова разозлить Орлова? — услышал я из спальни голос Рябинина, который занимался синяками, полученными этими двумя придурками от меня. — Два идиота…
— Я думал, Леха ничего не сделает, раз Ксюша здесь, — проворчал Череп.
— Мы просто прикалывались над ним.
— Представляя его девушку голой? И что ты там сказал, Громов? Когда ее будет силой? У вас мозги вообще есть?
— Заткнись! — процедил сквозь зубы Даня. — Он тебя услышит и точно нам последние мозги вышибет!
Как бы я ни был зол, мне хотелось рассмеяться. А потом набить им рожи за то, что они были такими болтливыми придурками.
О чем, блять, они думали, говоря такие вещи моей девушке и полагая, что это сойдет им с рук?
Твою мать, я снова начинал злиться.
Одна только мысль о том, какой они представляли себе Ксюшу и… Сука! Я никак не мог даже думать об этом, не испытывая желания убить их к чертовой матери.
Они должны сказать спасибо за то, что я реально не убил их. Потому-то такое желание было и до сих пор есть.
Ксюша пошевелилась рядом со мной и я перевел взгляд на нее. Она читала комикс про Дэдпула, который нашла на нижнем ярусе столика. Ее щеки пылали ярким румянцем. Она, по всей видимости, тоже слышала разговор этих полоумных кретинов.
Обычно, когда мы были вместе, она прижималась ко мне и старалась быть как можно ближе. Теперь же она сидела на другом конце дивана, в добром метре от меня. Шутки этих придурков задели ее, и поэтому она стала такой застенчивой. Я сжал руки в кулаки, пытаясь сдержать кипящий внутри меня гнев, и придвинулся к Ксюше.
— Не знал, что ты читаешь комиксы, — пробормотал я.
Взгляд Ксюши оторвался от журнала и скользнул ко мне.
