"
"Вбежав в ванную комнату, я увидела собственноручно организованный потоп. Лейка давно набралась, а потому стала разливать из длинного носика лишнюю воду прямо на пол.
Я подбежала к раковине, хлюпая босыми ногами по огромной луже, и принялась поворачивать Лейку так, чтобы она больше не расплескивалась. Но случайно перекрыла струю воды, отчего брызги разлетелись по всей комнате, а я еще и стала обладательницей мокрой майки.
Появившийся Леша, закрыл кран, что почему-то не пришло мне в голову, и спас меня от еще большей катастрофы.
— Я совсем забыла про лейку, — отчаянно высказала я в свое оправдание.
— Давай тряпку, вытирать будем, — совершенно спокойно отозвался Леша, осматривая затопленный пол.
— Нет, Леш, не надо. Я сама.
— Не спорь, я помогу.
Улыбнувшись настойчивости Леши даже в такой ситуации, я протянула ему тряпку и одну взяла себе. Мы принялись в четыре руки устранять ошибку моей невнимательности. И какого было мое удивление, что Леша, печально известный хулиган, весь такой из себя, очень ловко справлялся с тряпкой.
Даже папа, который был обучен мамой предмету “Основы ведения домашнего быта”, управлялся куда хуже Леши. А у него опыта было столько, сколько лет Леше.
Когда пол был протерт практически насухо, я подняла глаза и увидела то, отчего в животе скрутился тугой горячий узел.
Вода пропитала его белую футболку и верхнюю часть джинсов. Мокрая ткань облепила рельефный контур его мышц и это выглядело настолько гипнотически красиво, что я выпала из реальности. В ушах стоял оглушающий шум.
Кровь прилила к щекам так же быстро, как заблудшие мысли атаковали мой не такой уж невинный разум. Я не могла пошевелиться, не могла дышать, глядя на красивую, подтянутую, татуированную верхнюю часть тела невероятно горячего парня передо мной. Моего парня…
Наверное, он будет недоволен тем, что промок.
И только с этой мыслью я оторвала взгляд от его торса и посмотрела в его лицо.
Он ухмыльнулся, встретившись со мной взглядом, а затем поднялся на ноги и стянул мокрую футболку через голову, предоставляя моей фантазии еще больший простор.
Я прямо чувствовала, какими обжигающими стали мои щеки в этот момент.
Он был греческим богом.
— Ксюша?
Современным Аполлоном.
— Ксюша.
Супермоделью, сошедшей с обложки модного журнала.
Я могла умереть прямо сейчас от закаливающего зрелища и мне было бы все равно. Я видела всю красоту, которую только мог предложить этот мир.
— Глаза, Ксюша.
Дважды моргнув, я подняла взгляд, отчего покраснела еще больше.
