Второй раз за этот день мои пальцы дрогнули от желания кого-нибудь ударить.
А ты бы сказал мне, если бы я спросила? Мысленно я уже во всю кричала на него. Разговоры с ним порою напоминали разговор с кирпичной стеной! Чувствительной, угрюмой кирпичной стеной! Вот почему я не спросила об этом раньше!
Мы закончили есть в молчании: я — в тихом благоговении, он — в своих мыслях. А затем Леша сказал, что ему нужно вернуться, куда — я не знаю. Он поцеловал меня на прощание и я пошла к аудитории, все еще пребывая в том же изумлении.
Уля и Таня стояли возле лестницы, когда я дошла до нужного этажа. Их глаза встретились с моими, и в них появилось беспокойство.
— Что с тобой? — спросила Таня.
— Вы знали, что Леша учится на юридическом? — прошептала я.
У Ульяны отвисла челюсть и детский сок, которую она пила, выпал из ее рук прямо на пол.
— Ты серьезно?!
Я судорожно кивнула.
— Возможно, я слышала об этом, — медленно произнесла Таня. — Но я не поверила в это. В моем понимании хулиган не совместим с юридическим, а вот с КПЗ…
— Таня, уймись.
Они не такие уж и плохие, какими мы их представляли, — отрезала Уля. — И я думаю, раз Леша учится на юридическом, то и Данил тоже. Где Орлов, там и Громов. А вот Череп и Влад — вряд ли.
— Это так трудно принять, — простонала я.
— Я тебя понимаю, — Ульяна кивнула. — Оказывается, Леша, в перерывах между избиением людей, учится на юридическом. Зато он знает закон и знает, что его ожидает за его деяния. Да, это действительно трудно принять.
— Может, он просто так пошутил? — спросила я.
Таня закатила глаза и сказала:
— Если не веришь, то пойди в деканат и запроси у них дело на Орлова.
— Нет, проще поверить Леше, — сдалась я.
Таня хотела было возразить, но ее взгляд остановился на чем-то позади меня и она резко замолчала, а на ее лице отразилось изумление. Уля проследила за ее взглядом и ее глаза расширились. Вокруг воцарилась звенящая тишина. Все уставились на что-то позади меня. Сначала я подумала, что, возможно, пришел Леша, но на их лицах не было страха, только шок и потрясение.
Сбитая с толку, я обернулась. По лестнице поднималась девушка, опустив взгляд. Она прижимала книги к груди, сжимая их так крепко, что побелели ее костяшки пальцев. Просторный свитер облегал ее маленькое тельце, делая ее похожей на беспризорного ребенка, а не на студентку.
— Кто это? — спросила я. — Почему вы все на нее уставились?
— Это Женя Назарова, — Уля перевела взгляд обратно на меня и прищурила бровь.
