При этих словах я почувствовал, как у меня перехватило дыхание.
Борясь за кислород, я смотрел, как отец рухнул на колени, держась за надгробие, и беззвучно плакал по своей жене. Его тихие рыдания наполнили воздух, болезненно отзываясь во мне.
— Папа, — прошептал я, положив руку ему на плечо и сжав его.
— Ты слышишь, милая? Он даже называет меня папой, — отозвался отец, громко всхлипнув. — Скоро он будет называть меня папой, как раньше, и снова ходить за мной по пятам.
Воздух вернулся в мои легкие и мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы не улыбнуться своим воспоминаниям.
"
"— У нас все хорошо, Маша. У нас с Лешей все хорошо. Он позволил мне снова стать ему отцом. Он даже хочет жить со мной. Но я не уверен, что он проживет и месяца со мной, ведь у меня дома такой беспорядок. Он же не может даже видеть грязную посуду в раковине. Он такой же, как ты, — хрипло сказал мой отец. — Такой же, как ты.
Меня переполнило горе, когда я смотрел на отца оплакивающего мою мать. Ком в горле стал таким большим, что я с трудом сглотнул.
Я сделал глубокий вдох, в попытке успокоиться.
— Я люблю тебя, Маша. Я люблю тебя. Я так сильно тебе люблю, — всхлипывал папа. — Прости, что я не доверял тебе. Прости, что не поверил тебе. Прости, что уехал. Боже, как я по тебе скучаю. Я хочу, чтобы ты вернулась. Мы оба хотим, чтобы ты вернулась.
Новая волна горя захлестнула меня и все мое тело содрогнулось от рыданий, когда я упал на колени рядом с отцом. Моя грудь словно горела и я прикусил ладонь, чтобы не закричать от боли.
Я втянул воздух через нос и на выдохе обхватил плечо отца.
Мы оплакивали мою мать. Жену моего отца. Человека, который был светом нашей жизни. Вместе.
Время шло, а мы все не отпускали свое горе, свою боль, используя друг друга как якорь в шторме, который только что обрушился на нас.
Мама, где бы она ни находилась, наверняка улыбалась.
Потому что двое мужчин из ее жизни, которых она безоговорочно любила, наконец-то исцелились.
Вместе.
*****
Мне нельзя было ее видеть.
Но как же сильно я этого хотел.
Я знал, что мне нужно было постепенно начать отключаться от Ксюши. Но мой эгоизм мешал мне. Мне нужно было увидеть ее. После того как я увидел, как отец был разбит на кладбище, мне не терпелось увидеть ее.
Увидеть ее улыбку.
Услышать ее голос.
Почувствовать ее тепло.
Получить то, что мой отец уже никогда не сможет получить от моей матери.
Постучав в ее дверь, я дождался, когда она откроет ее для меня.
