Я думал, ты будешь терроризировать её до конца семестра. – Игорь уставился на меня с любопытством.
Сделав небольшую паузу, я процедил сквозь зубы:
– Пусть живет.
– Бл* буду, если ей не вдую! – хмыкнул Прохоров за нашими спинами.
– Ты о ком? – поинтересовался Баталов.
– О Катюше, о ком же еще?! Такая попка! М-м… Пэрсик!
Проследив за его взглядом, я увидел преподшу по зарубежной литературе в компании какой-то девчонки. Он что-то путает. Я уже собрался уходить, натыкаясь на сальный взгляд Игорька.
Да какого хрена?!
Повернул голову как раз в тот момент, когда «девчонка» развернулась в профиль, и ощутил, как моя челюсть стремительно несется вниз…
Полный аут.
Шумно сглотнул, давясь комком, вставшим поперек горла. Вот тебе и скромница… Вырядилась в платье, подчеркивающее каждый изгиб ее соблазнительного тела, практически не оставляя полета для фантазии. И вроде закрытое, с длинным рукавом, но оно обнимало ее охуенную фигурку т-а-а-к, что у меня искры из глаз посыпались.
Ну на хера, Катя?!
Зачем ты так со мной? Зачем? Я ведь честно держал это долбанное слово! Я старался изо всех своих ничтожных сил! Даже записался в качалку, лишь бы как-то отвлечься.
И проезжал мимо твоего дома всего пару раз. Ну, ладно – раз пять. Реально пытался оставить тебя в покое.
Пытался.
Да не смотри ты на нее так, мудень! И ты не смотри! Чуть не уе*бал этому петуху Прохорову. Вдует он ей, ага, как же! Только через мой труп!
– И все-таки литра – мой любимый предмет! – патлатый заржал, как конь, практически бегом сокращая путь до нужной аудитории.
Кивнув мне на прощание, Игорек последовал примеру дружка.
Девушки все еще о чем-то переговаривались. Напоследок Катюша наградила свою собеседницу такой теплой улыбкой, что я не смог сдержаться, ощутив, как ползут вверх уголки собственных губ.
Интересно, она когда-нибудь мне так улыбнется?!
В мозгах закоротило. Ноги сейчас жили отдельно от головы. Поспешил перехватить ее на входе в аудиторию – смотреть ведь не запрещается?! Немного попалю и свалю к херам.
Иначе… Иначе наломаю дров на две зимы вперед.
А потом Вселенная одарила меня за все нечеловеческие мучения последних недель – Катюша в прямом смысле упала мне в руки.
Вздрогнула. Захлопала ресничками. Задышала порывисто и часто. И первое, что я увидел в ее глазах, когда наши взгляды пересеклись, убило наповал. Четвертовало, раздирая нервы в лохмотья.
Она тоже соскучилась.
Даю правую руку на отсечение.
