Ну надо же… шахматист, ботаник, а тут сидит за папиным столом – позволили для лучшего ракурса, видимо. Кто бы сомневался. Еще в папке находилась вся подноготная Лотова, буквально с пеленок и по вчерашний день. Напрягало. У него на меня тоже такая папочка есть?! Надеюсь, не черного цвета? А то мрачно как-то. Да и у меня будет веселее читать биографию. Я же сплошной позитив, а когда обижают – настоящая выдумщица.
– Зачем? – сразу перешла к делу. Что уж кота тянуть за хвост? Пусть сразу радует.
– Выгодная партия, приглядись.
Отец держит в кулаке всех, а Валентин молодой, перспективный, красивый молодой человек.
– Бабушка, меня этот сморчок не интересует. Никак. Если только, – задумалась, – могу подбить его ходить в спортзал, а то он, вероятно, тени своей боится. Если случайно окажется в темном углу без охраны, не миновать слез. А если честно, мне кроме Макарова никто не нужен.
– Наташенька, милая, я понимаю, что ты наивна, воспитывалась…
– Наивна? Не соглашусь. А что не так с воспитанием?
– Ты не получила должного образования, манер.
Ты слишком дикая… – отмечая мои огромные глаза, бабушка подняла палец и четко выдала: – Ты мне нравишься любой. За эти две недели я поняла, что впервые наслаждаюсь жизнью. Но для людей с высоким положением…
– Меня все устраивает. Рада, что и тебя. А недовольных с высоким положением можно послать в сад. Но это не главное. Все же напомню – я здесь, чтобы быть с вами, общаться. Лишь это важно. Я не хочу быть вашей преемницей.
– Ты не понимаешь.
Я желаю, чтобы у тебя было все самое лучшее. Планирую устроить тебя в свою фирму. Это не что-то, а крупная промышленная сеть…
– Бабушка, зачем ты так? – перешла на «ты», как она и просила, только вот повод не тот. Не могла я спокойно говорить, голос дрожал, тело сжимало яростной волной. – Я не хочу власти и богатства. Мне хватило общения с отпрысками влиятельных семей. Я здесь только из-за тебя, познакомиться и, наконец, понять то чувство, когда у тебя есть бабушка.
Я не хочу ничего принимать и выходить за того, кто мне не нравится.
– Наташа, милая, я стараюсь для тебя. Почему ты не хочешь видеть, как много перед тобой открывается дорог? Считаешь лучшим работать на других? Так не пойдет. Я хочу, чтобы ты имела все, была как я. Ты вся в меня.
– Бабушка, ты сейчас о чем? – воскликнула, желая уйти, понимая, что она все решила и другого не приемлет.
– О том, что я старая и много не протяну, что пора думать о наследнике.
