Хуррит (СИ)

— И тебе не хворать, — боль во всем теле едва не заставила застонать. Да вашу мать, как двигаться, если тело словно чужое и ощущение, что меня пропустили через мясорубку? Превозмогая боль в теле, минут десять интенсивно разминался под ошалелым взглядом Ару, решившего, что на нас собираются напасть. Парень, взяв копье наизготовку, озирался, пока не убедился, что опасности нет.

Последние остатки пищи были уничтожены ночью, пришлось утолить голод водой. Аде тоже нелегко дался вчерашний заплыв, несмотря на профессиональное прошлое пловчихи.

Пока группа собирала нехитрые пожитки, проверил вытащенную на берег лодку. Неудивительно, что, прыгнув в чужую, я пробил дно плавсредства. Лодка представляла собой скелет из веток деревьев, обшитый кусками коры и шкур. Работа была проделана из рук вон плохо.

Удивительно, что такие лодки могли держаться на воде длительное время. Только многослойность покрытия шкурами создавала ей плавучесть и препятствовала поступлению воды.

В лодке преследователей было четверо взрослых мужчин, и когда мы все погрузились, края выступали над водой не больше семи сантиметров.

Похоже, нам досталась маленькая, но выбирать времени у нас не было. И у той хижины эта лодка была единственной.

— Вниз по течению проблем не будет, если сидеть смирно, — объявил вердикт Андрий, берясь за весло. — Когда будем пересекать пролив, я буду плыть в воде. Держась за вас, иначе есть риск, что любая рябь зальет нас.

Кивнул, соглашаясь со сказанным — мне достаточно вчерашних водных процедур, сегодня дам шанс геройствовать другим.

— Я тоже могу плыть рядом, — Ада осеклась под моим взглядом. Она и так сделала то, что сделал бы мало кто из мужчин, знакомых мне по старой жизни. Ночью пересекать вплавь Босфор — для этого нужны стальные яйца. Лично я для себя уяснил одно — никогда больше не повторять эту глупость. Не будь вчера Ады рядом, возможно, сдался бы и повернул назад. Ты словно плывешь в черную вечность, лишь приподнявшись, видишь огонек костра, до которого невероятно далеко.

Лишь изредка подгребая веслом, дали нести себя течению часа два, прежде чем я решил, что пора действовать. После моих слов Андрий скинул куртку, оставшись в штанах. Я привязал кусок веревки, которой обматывался вчера, за небольшой выступ на корме лодки.

— Просто держись за веревку, даже грести не придется."

"Украинец был рад такому делу, превращаясь в серфера каменного века.

Пролив в этом месте снова расширялся по мере продвижения на запад.