Хуррит (СИ)

— Почему ты не живешь среди своего народа?

Хуррит был невысокого мнения о хеттах и даже не скрывал этого. Мой вопрос застал его врасплох — отложив в сторону кусок мяса, кузнец ответил на вопрос.

— Я убил, — он замялся, подыскивая слово, — Большой человек среди воинов.

— Командира, что ли? — это слово на русском Этаби было неведомо, он повторил его, словно пробуя на вкус:

— Камадира?

— Это вождь воинов, — нашел сравнение, понятное для собеседника.

— Камадира, — уверенно заключил кузнец, принимаясь за мясо.

Нахмуренный лоб и ярость, с которой парень вгрызался в кусок мяса, видимо, говорили о том, что ему напомнили давние события. Каждый имеет право на свои тайны, придет время — сам расскажет, если посчитает нужным. Я представил, как такая большая мышечная масса ходит по родным горам Анатолии, в поисках железной руды. В носу защекотало — у меня так бывало, когда я оказывался близок к чему-то важному. Сосредоточившись, попытался понять, что я упускаю, почему мозг посылает сигнал сосредоточиться.

Кузнец окинул взглядом лес, посмотрел на озеро и вздохнул:

— Горы хорошие, здесь плохо.

И в эту минуту меня осенило — мы искали руду там, где ее практически не бывает. Разве подходили здешние невысокие пологие холмы под месторождения железной руды? Ее же практически всегда добывают в горах, в местах, где происходили извержения вулканов или сейсмические процессы.

— Ты гений, Этаби, — кузнец смотрел удивленными глазами, не понимая моей радости.

Я вспомнил горную деревушку, прилепившуюся к скалам — она находилась в двух или трех днях пути на севере. Преодолев ущелье, мы, кажется, два дня шли на юг и юго-запад. Потом свернули на запад, потому Наик и узнала родные места.

— Я знаю, где мы найдем эшк, — назвал железо по-хурритски, чтобы обрадовать кузнеца. Вскочив с места, тот был готов сразу выдвигаться, пришлось объяснить, что путь неблизкий и придется подготовиться. В путь решили выходить через день — завтра в Хале отмечали местный праздник, аналог летнего солнцестояния.

Заранее к этому дню варили пиво из ячменя — напиток мне приходилось пробовать и раньше, по мне — так там почти и градуса не было."

"Я никогда не был любителем алкоголя, выпивал пару рюмок и на этом заканчивал. Вся моя работа, жизнь и интересы требовали трезвой головы, и это правило было незыблемым. Но жители Хала очень трепетно относились к празднику «илип зап».