Хуррит (СИ)

За это время Саленко и я сдружились окончательно — археолог оказался словоохотливым и весьма начитанным. Ада сторонилась всех, освобожденная от тяжелой работы, она готовила однообразную еду и просто сидела на берегу реки. Могла немного прогуляться в степь, но далеко не отходила. Девушка знала, как обращаться с оружием, и третий автомат, почти единогласно был передан ей, к большому неудовольствию Данилы.

— Ничего не забыли? Проверьте еще раз.

Плот одним концом покачивался в воде. Выполняя мои указания, Саленко и Андрий еще раз прошлись по месту нашей пятидневной стоянки.

Солидная куча хвороста занимала центр плота, пришлось доказывать необходимость взятия на борт дополнительного груза.

— Мы не знаем, как далеко от нас море, насколько изменилось русло. Может, придется плыть не одни сутки, прежде чем достигнем побережья. И нет никакой гарантии, что впереди по пути будет встречаться топливо для костра.

— Я согласен со словами Арта, — Андрий первым тогда поддержал мое решение. С легкой руки Саленко меня уже называли именно так, хотя и не все.

Данила и Ада обращались более официально — называя полное имя.

— Ну, с Богом! —

Вчетвером мы оттолкнули плот от берега, Ада заранее пристроилась на куче травы рядом с хворостом, а мы вскочили на свое плавсредство. Медленно, словно раздумывая, плыть или не плыть, плот начал выходить на середину реки. Скорость передвижения была ужасно медленной, любой пешеход по берегу дал бы фору нашему плоту.

— Мы так и будем плыть по километру в час? — первой не выдержала Ада.

— Река здесь сильно петляет, это говорит об отсутствии перепадов, надеюсь, дальше поплывем быстрее.

Грести смысла не было, полноценные весла могли бы немного ускорить нас, но таковых не имелось. Пристроившись сзади, я смог пару раз оттолкнуться от дна, прежде чем дно стало недосягаемым. Выходя ближе к середине реки, плот пошел чуть быстрее. На какое-то время воцарилось молчание — все глазели на берега, мимо которых проплывали. Потом образовались две пары — Андрий и Данила, смеясь, вспоминали случаи с работы, переходя на украинский язык.

А Саленко подсел к Аде — его негромкий говор доносил до меня лишь обрывки фраз. Радовало одно — девушка не проявляла к нему интереса от слова совсем. В какой-то момент Ада даже раздраженно ответила на очередные слова археолога, поспешившего оставить девушку в покое.

— Арт, отдохни, я порулю, — Саленко, немного обескураженный реакцией девушки, пробрался ко мне.