Это все равно, что вроде как ты твердо стоишь на ногах, ведь понимаешь устройство этого мира, а, значит, хотя бы примерно осознаешь к чему готовиться. И даже возможно сможешь этому противостоять. А потом внезапно оказывается, что ничерта ты не понимаешь. И тебя сносит. Далеко и надолго. Так, что ты кувырком летишь черти куда и такая — а что? А где? А как?
Дар-Мортер медленно повернул голову и посмотрел на край дороги, рядом с которым я стояла. После этого перевел взгляд и коснулся им моего лица. А мне от этого сжаться захотелось.
И чего это он на меня так смотрит? Словно уже сейчас мысленно убивает. Судя по всему, с особой жестокостью и уже, как минимум, в десятый раз.
— То, что ты теперь моя девушка, — произнес он так, словно безжалостно убивал этими словами.
А вот теперь мне стало совсем плохо. Он ведь говорит это несерьезно? Да иначе и быть не может.
— Скажи, Бертье, с хрена ли до тебя не доходят такие простые вещи? Мне в дальнейшем как-то по-особенному до тебя доносить информацию?
— Да я от тебя в тот момент на шкафу пряталась! — я сжала ладони в кулаки.
Сильно. Так что даже пальцы заныли. — И беспощадной скотиной называла. Больным на голову ублюдком. Господи… Да я признала, что в тебе ничего хорошего нет, хотя априори считаю, что нет полностью плохих людей. Ты чертово исключение. Как? Вот как я, сидя на шкафу и, признавая всю твою ублюдочность, должна была понять, что ты мне встречаться предлагаешь?
Я сделала еще несколько шагов назад. Уже теперь вышла на дорогу, но из-за взгляда Дар-Мортера мне резко захотелось еще сильнее отстраниться.
При чем, я была не сказала, что в его глазах что-то поменяло. Там будто бы вообще ничего не было. Полная пустота. И в тот же момент, черные зрачки были пропитаны чем-то по-настоящему жутким.
— Хорошо, одноклеточное. Что же ты решила, когда я сказал, что ты будешь моей девушкой? — спросил он, смотря на меня сверху вниз."
"— Что… Что ты издеваться надо мной будешь, — я пожала плечами. — Я же признала свой проигрыш в споре, а ты сказал, что в таком случае мне ад устроишь.
Вот я и подумала, что быть «твоей девушкой» это что-то наподобие девушки для издевательств.
— Не переживай, Бертье, ты не сильно ошиблась.
Я сглотнула, пальцами нервно щупая флакончик с антисептиком, лежащий в кармане моей куртки.
— Я не понимаю тебя, — произнесла, тут же прикусывая нижнюю губу. — И, если честно, меня это пугает. Я вообще не понимаю, чего от тебя ожидать. И… Все это зашло слишком далеко. Я прошу тебя оставить меня в покое.
