Вопроса выбора передо мной уже не стояло: преодолев естественную брезгливость, я пожал его протянутую ладонь. Руку потом пришлось оттирать о шаровары, а их сегодня же вечером в стирку!
Удовлетворённый людоед мигом панибратски наклонился ко мне и быстро зашептал:
— Пятна жёлтые, кои трое суток не болят и не чешутся, возникают на коже человеческой, ежели оную чумчара лизнул! Нежно и с расстановкою…
Я хмуро кивнул: пока всё совпадало со словами того же отца Григория. Им же никому с первого раза верить нельзя, всегда перепроверяй, иначе долго не проживёшь.
— Как излечить?
— Как обычно, берёшь руку или ногу, рубишь порционно, а потом в марганцево-калиевом растворе день подержи, да ещё ночь в отваре коры дубовой. Наутро торгуй смело, никто ничего не почует…
— Ах ты, морда вредительская, — вспыхнул я, хватая его за ухо.
— Общество охраны прав потребителей? Прости, человече, не знал, больше не буду-у…
— Какие потребители?! Ты чего мне тут заливаешь о том, как с мяса пятна убрать, мне живых хлопцев от этой заразы избавить надо!
— Живых? — не поверил он.
— А про живых я и не в курсе, соответствующего образования не имею. Да и aquila non captat muscas.[1] Всё равно они через три дня в чумчар перекинутся…
— Убью.
— За что?
— Просто так. Хоть нервы успокою.
Павлушечка умный, он отвечать не стал. Послушно склонил голову на прилавок и зажмурился в ожидании неминуемой смерти. Естественно, после этого убить его я уже не мог…
— Чёрт с тобой, живи. Что делать посоветуешь, к кому обратиться?
— Ты бы, казаче, к Вдовцу заглянуть попробовал.
Всё ж таки он у нас по ядам главный специалист, а чумчарская слюна яд и есть.
— Разумный вариант, — вынужденно признал я.
Вынужденно, это потому что общая концепция правильная: кто, кроме профессионального отравителя, так хорошо разбирается во всех видах отравляющих веществ? А уж кабатчик Вдовец на этом деле собаку съел! И не одну… Напрягало другое. Тот немаловажный факт, что от мясной лавки до кабака путь неблизкий, а желающие нетерпеливо толкутся за дверями, прекрасно понимая, что рано или поздно, а вылезти мне придётся.
— Запасной выход есть?
— Только через коптильню.
— Это как?"
"Павлушечка кивком предложил мне пройти за прилавок, в смежную комнату. Коптильня представляла собой небольшое кирпичное помещение с тремя рядами металлических цепей, на которых связками готовился «товар». Благо на данный момент она пустовала, но въевшийся в стены запах горелых опилок и бьющая в нос горечь человеческой плоти сводили с ума.
