Хвост для счастья не помеха

Тогда я потеряла сознания, сейчас же лисица дала прочувствовать каждую секунду лечения, бессловно напоминая, какой именно процесс необходим для выброса магии. Из глаз градом катились слезы, рот приоткрылся в беззвучно крике, в грудь словно раскаленные спицы воткнули и они мешали сделать новый вдох. Старик захрипел, выгибаясь дугой. У меня из носа хлынула кровь, перед глазами поплыли круги. Или это светились хвосты лисицы? И чувство, что я горю заживо.

Все закончилось внезапно. Боль исчезла, оставив в качестве напоминания только слабость и красные капли на лице.

Я позволила себе упасть на грудь князя. Раз уже не умирает, пусть терпит. Уверена, мне сейчас во много раз хуже.

— Эса Иссил, — ошеломлённый, но уже совсем не слабый голос князя порадовал. — Что вы сделали?

— Обеспечила княжеству долгое процветание, а залетным демонам, — нервно рассмеялась, переводя дыхание, — лояльного князя. Сейчас передохну немного и как влеплю на лоб татушку, будешь у меня, как храмовые служители верой и правдой лет тридцать отрабатывать.

— Причем тут демоны? — не понял князь. Ещё и оскорбился почему-то. — Видит Великий дух, никогда не обижал рогатых. Да собирал по княжеству, но только для того, чтобы не перебили их. Я всегда держу свое слово.

— Это какое? — я попыталась приподняться, но куда там. Сил во мне не прибавилось.

— Сын у меня, — тихо, замявшись, ответил Ганс. — Матери его пообещал.

— Мейрик?

Я слабо себе представляю, какая может быть мать у того, кто так демонов ненавидит. От Осинки апельсинки не появляются.

— Да нет. Старший Анджело. Эса Иссил, может позвать стражу? Я бы сам вас поднял, но не уверен пока в своих силах. Простите.

Угу, долго кричать страже будем, с учётом того, что мой конвой ветром сдуло, а князев вообще на пост не заступал.

— А давайте ещё полежим? — рассмеялась я.

Кто бы мог подумать, что все закончится именно так?

Глава 9*"

"Приходила в себя долго. Ганс терпеливо ждал, хотя пришедшему в себя мужчине явно требовалась еда, о чем свидетельствовал бурчащий желудок.

Я бы и сама перекусила, если бы кто-то покормил меня с ложки и пожевал за меня. Но сил не было, я и держалась из последних сил И все же отключилась, пребывая сначала между сном и явью, а после погружаясь все дальше в темноту.

Маленький яркий лучик привлек мое внимание. Я опустилась ниже, присматриваясь и содрагаясь от жалости к маленькой хрупкой фигурке, что жалась к стенам домов. Она быстро перебегала с одной улицы на другую, пользуясь темнотой ночи.