Наверное, вы хотите сразу посмотреть на Вику? Она в маленькой комнате.
Морщинистой лапкой с накрашенными ногтями она указала на дверь.
Мне нравится, когда женщины в возрасте следят за собой: маникюр, укладка, выразительные тени на глазах и неяркий румянец. На Западе это норма, а у нас, к сожалению, старушки отправляются в парикмахерскую лишь за тем, чтобы обкорнать седые волосы «под мальчика». А если бабушка вдруг позволит себе потратить часть пенсии не на конфеты внукам, а на косметику, боюсь, родные поднимут ее на смех.
Тем приятнее видеть исключение из этого правила.
Вслед за дамой мы прошли в комнату. На улице солнце шпарило вовсю, а здесь царил полумрак. Плотные шторы на окнах, ковры на стене и на полу, минимум мебели. На кровати около окна лежала женщина, очень худая. Мне она показалась молодой, лет тридцати. Мы подошли вплотную к кровати, и я почувствовала слабый, но неистребимый запах лежачего больного.
– Она спит? – шепотом спросила Сильвия.
– Вика много спит, – ответила пенсионерка таким тоном, словно хотела нас обнадежить.
– Как видите, она худенькая, весит сорок восемь килограммов, проблем с тем, чтобы ее помыть и переодеть, не будет.
Женщина дернулась во сне, из приоткрытого рта потекла слюна, и сиделка шустро вытерла ее полотенцем, лежащим около подушки.
– Ну, посмотрели, теперь пойдемте на кухню, я расскажу все в деталях.
Кухня тоже была маленькая, но уютная. Гарнитур из желтого пластика и такого же солнечного цвета абажур создавали радостное настроение.
– Вам чаю или кофе? – спросила пенсионерка, наливая воду в электрический чайник.
– Чаю, – синхронно произнесли мы с Сильвией, усаживаясь на табуретки.
Дама удовлетворенно кивнула и, не отрываясь от хозяйственных дел, стала говорить:
– Вообще-то я ждала вас с утра. Светлана Ивановна сказала, что утром придет моя замена, попросила ввести в курс дела. Я ожидала, что будет одна сиделка, а вас двое. Вы по сменам будете работать, да? Вы, случайно, не родственницы, нет? А похожи. Ну, вы сами видели, Вика находится в тяжелом положении: не встает, не разговаривает, не понимает речь.
Ноги у нее парализованы, руки тоже не двигаются, она может лишь шевелить пальцами. С одной стороны, хорошо, что она все время лежит, по крайней мере, не упадет, не уйдет никуда, не травмирует себя. С другой стороны, это профилактика тромбоза, надо бинтовать ноги эластичными бинтами. Чтобы избежать пролежней, я переворачиваю Вику набок четыре раза в день хотя бы на полчаса.
