И киллеру за державу обидно

Итак, Надежда Юрьевна — приведем текст ее выступления, взятый из протоколов судебных заседаний, с некоторыми комментариями с ее же слов:

«Уважаемые присяжные! Ваша честь! Судьба распорядилась так, что на данном судебном процессе я представляю сторону обвинения. Но свой голос я отдаю защите… — При этом заявлении зал оглох, большинству показалась в произнесенных словах закравшаяся ошибка, а обвинитель хотела швырнуть в нее стулом, ибо такое начало полностью рушило ее обвинительную речь.

Но вдове было это совершенно не важно:

— Меня тут адвокат Олега Александровича обвинил, что я пытаюсь Вас убедить в том, что бывают убийцы хорошие и плохие. Это не так! Человек — убийцей может стать или нет. Но убийцей может быть любая мать, защищающая своего ребенка! Я жалею, что не смогла убить Кондратьева в то утро у подъезда. Я жалею, что не смогла защитить жизнь своего мужа и убить Ческиса. Можно убить, спасая близкого. Убивают солдаты, защищая Родину.

Любой человек, обладающий здоровым инстинктом самосохранения, может убить, спасая свою жизнь. Можно убить от страха, можно сделать это, находясь в состоянии аффекта, от безысходности.

Итак, перед вами слева — Федин, Кондратьев, Грибков, Пустовалов, на месте свидетелей, находящиеся под подпиской о невыезде Филиппов и Толстиков… Каждый из них попал на эту «скамью» изначально по причине своей недалекости, от голода и пустоты, которые образовались в их жизнях по причине того, что наше государство не заботится о молодых спортивных ребятах, которые не хотят жить впроголодь.

Бывшие военные, бывшие спортсмены, пассионарно настроенные личности — кому они могли предложить свои способности? Кто из вас, уважаемые присяжные, имея такую возможность, десять лет назад взял на работу хотя бы одного молодого парня?! Никто? Значит, в какой-то степени мы все с вами виновны в том, что они пришли к краху, попали в беду, в лапы Пылевых.

У них ничего нет, кроме горечи и пустоты. Вот итог их невиртуальной игры в «стрелялки». Красивые тачки, которые им не принадлежали, объедки с барского стола в виде поощрения. Обещания красивой жизни, если выживут. ЕСЛИ! Вот за это «ЕСЛИ» они и цеплялись.

Олег Толстиков прятался несколько месяцев от Олега Александровича в неотапливаемой избушке у знакомых. Андрей Филиппов ездил на «АУДИ», о которой упомянула гособвинитель.