Еще оказалось, что звук тарахтящий издавали последовавшие в сторону карьера автомобили: мощный серебристый внедорожник и старенький пикап зеленого цвета.
- Судя по всему, сын чиновника начинает движуху. Алин. Закроешься в машине, я за ними, пешком, по зарослям. - Глеб потянулся к ручке дверцы.
Открыть не успел, ибо, я мертвой хваткой в него вцепилась.
- Даже не думай, одного не отпущу, едем к карьеру вместе! Нас не знает никто, мало ли, кто мы такие, и зачем приехали.
- Алин, я не хочу подвергать тебя опасности, даже гипотетической.
Приятно. Но одного не отпущу всё равно. По зарослям пробираться....
- Глеб, ну какая мне может грозить опасность? Я с тобой.
- Упрямая.
- Нет, настойчивая.
- Ну хорошо, едем вместе, сделаем вид, якобы мы отдыхающие бездельники, от нечего делать изучаем окрестности.
- Не убедительно, Глеб, какой интерес отдыхающим заброшенный карьер изучать.
Я потерлась о его плечо носом.... И меня осенило!
Ритуал. Карьер, типа - место силы, мы приехали для совершения магического ритуала.
Эх! Куриную лапу бы нам, замороженную, помнишь, Наталья целый пакет лап приволокла!
- Предлагаешь за куриной лапой сгонять?
- Нет, слишком много времени займет. Придется без лапы. А у тебя ничего подходящего не найдется?
Глеб перегнулся через меня, открыл бардачок.
- Галстук красный, пионерский, это мне как раз члены коммунистической ячейки вручили, свисток футбольный: понятия не имею, откуда взялся. Толстый мужик из меди - статуэтка. Вроде бы талисман какой-то, это мне , владелец подшефного приюта для животных подарил.
..
- Галстук, свисток и медный мужик. Для обряда более чем достаточно. Едем, Глеб! По ситуации сориентируемся: обойтись обрядом или еще чего магического продемонстрировать....
***
Ближе к карьеру дорога оказалась разбитой вдребезги, это уже не ухабы и выбоины, это обрывы, скалы и расщелины. Образно выражаясь.
Серебристый внедорожник и старенький пикап, раскорячились перекрывая подъезд к площадке, возле пикапа, двое мужчин в рабочих комбинезонах со скучающим видом о чем-то переговаривались, еще три мужика в строгих черных костюмах, ходили по пятам за очень толстым парнем одетым в серые брюки и белую рубаху с короткими рукавами.
Толстяк говорил по телефону, вернее - орал, судя по характерно трясущимся щекам.
- Не иначе сынок. Упитанный парнишка. - кивнув на толстого парня, констатировал Глеб.
- Похоже на то, - согласилась я.
