И.О. капитана

Например, я готов был заложить "Стрижа" за то, что к летному персоналу Космофлота офицер Пирсон отношения не имеет. А что это значит? - Легавый, как он есть. И его попытки сойтись со мной на короткой ноге начинали выглядеть... как-то двусмысленно. А не пошло ли нафиг такое общение?

   Но довести себя до паранойи, равно как и ответить на заигрывания красавицы Мэри я не успел - незадолго до ужина мой планшет тренькнул, сообщая, что с адреса администрации мне пришла повестка к следователю.

   До моего феерического разоблачения осталось два дня.

   На ужин Пирсон пришел, как ни в чем не бывало, набрал салатов на шведском столе и сел за наш столик. У него было дело, и опять - ко мне.

   - Мы тут собираемся на природу: бунгало, шашлыки, пляски у костра. Присоединяйтесь! Кстати, я и Стенсона пригласил.

   Я решил воспринимать это предложение как мирный договор (тем более, свидетель из своих рядом будет).

   - С удовольствием! Где, когда?

   - Собираемся завтра на рассвете, летим флаером, послезавтра к обеду - возвращаемся.

Суточное довольствие нам выдадут сухим пайком, мясо и напитки я обеспечу. С собой брать пляжные принадлежности и панаму.

   Полагаю, по первоначальной задумке доставлять отдыхающих к месту общения с природой должен был сертифицированный персонал, но Пирсон как-то договорился, на кого-то надавил, в общем, флаер он вел сам. Я обошел машину два раза, придирчиво осмотрел дюзы, крепления рулей, шасси. Под армированным пластиком кричащих цветов скрывался армейский ПТТ одной из последних модификаций (разве что приборная панель другого дизайна).

Вполне серьезная машина, выглядящая при этом как игрушка.

   Пирсон поколдовал над пультом и перевел флаер на ручное управление (что гражданским делать было категорически запрещено). В результате, полет стал не то, чтобы быстрее, скорее - занимательнее. Пирсон то опускал машину к самой воде и медленно вел ее так, что газовые струи срывали с волн шапки белой пены, то поднимал к облакам, позволяя нам насладиться видом моря - его глубинами и отмелями, россыпями разноцветных скал и странными донными образованиями.

Довольные девушки охотно взвизгивали на виражах, а я люто завидовал из-за невозможности схватиться за штурвал. Ощущение управляемого полета - непередаваемое чувство! Даже Стенсон подобрел и расслабился. Полчаса полета показались до обидного короткими.

   Флаер коснулся грунта с почти неощутимым толчком (когда-то я тоже так мог) и слегка наклонился, вставая на опоры.