И один в тайге воин

 – А потом вы этим оружием будете убивать моих единоплеменников. Нет уж. Лучше я придумаю такое оружие, которое всю вашу поганую Британию уничтожит.

– Ты не смочь, – вскинулся пленный.

– Смогу. Поучусь малость, и смогу. И не будет твоей поганой Британии. Никогда. Шотландия будет, Ирландия будет, а Англии не будет.

– Почему ты так не любить мой страна? – помолчав, устало спросил мужчина."

"– Потому что вы хотите всех подмять под себя. Просто торговать вам мало. Вы везде должны быть хозяевами. И для этого не гнушаетесь ничем.

Стравливаете разные народы, устраиваете войны, убиваете простых людей. Вы просто бешеные крысы. А их нужно уничтожать. Бешенство не лечится, – отрезал Мишка и тряхнул поводьями, погоняя коня.

* * *– Да уж, разобрался, – вздохнул контрразведчик, мрачно оглядывая сидящего на табуретке пленного. – Говоришь, этот ими командовал?

– Угу, – коротко кивнул Мишка.

– Надо было и бабу прихватить. Ну, приволок бы в таком же виде, всё легче было бы.

– Разозлился сильно, – вздохнул парень.

 – Поначалу думал, вообще никого брать не стану, а потом, когда рожу эту рассмотрел, решил малость спесь с него сбить. Чтобы на собственной шкуре почувствовал, как это, на чужой сторонке да не по своему желанию.

– Вы дворянин и должен наказать свой человек, – неожиданно прохрипел пленный. – Он не показать свой почтение к офицер и дворянин.

– Хек, – послышалось в кабинете, и пленного буквально снесло с табуретки от молодецкого удара сапогом по физиономии.

– Вот тебе моё почтение, мразь, – прорычал Мишка, одним прыжком оказавшись рядом с ним и футбольным ударом сминая ему рёбра.

– Мишка, отставить! – заорал контрразведчик, оттаскивая рассвирепевшего парня от воющего от боли пленника. – Убьёшь, тогда весь твой же труд насмарку.

– В общем, так, Владимир Алексеевич, – прошипел парень, одним движением плеч освобождаясь от хватки контрразведчика. – Делайте с ним что хотите, но живым он из посёлка уйти не должен. А коли нет, так считайте, что мы не знакомы.

– Гм, – откашлявшись и отлипая от стола, за который ухватился, чтобы не упасть, отреагировал офицер. – Об этом мы с тобой потом поговорим. Как успокоишься, – тут контрразведчик выразительно указал глазами на пленного.

Сообразив, что таким образом офицер хочет расположить его к откровенности, Мишка понятливо кивнул и, чуть усмехнувшись, добавил:

– А начнёт кобениться, так вы меня зовите. Я его шлюху живьём зверью скормил, а с этого ублюдка заживо шкуру спущу.