И один в тайге воин

Тварь.

– Миша, что у тебя там? – послышалось с улицы.

Сотня снова ушла на границу, так что в станице остались только мастера и нестроевые казаки. Понимая, что нужно успокоить народ, пока ворота не вынесли, парень быстро прошёл к калитке и, распахнув её, устало улыбнулся:

– Спаси Христос, казаки. Всё уже нормально. Справился.

– А что было-то? – настороженно спросил кряжистый, седой как лунь казак с винтовкой наперевес.

– Политические хотели заставить меня в тайгу их вести, чтобы чугунку подорвать, когда по ней солдат на фронт повезут, – коротко пояснил их план Мишка.

– От же твари! – послышался дружный вздох.

– Соседи, не в службу, будьте добреньки, приглядите за домом, пока я этих в контрразведку свезу. Тут получилось одного почти живым взять, а бабы одни остаются, – попросил Мишка.

– Сделаем, Миша, – решительно кивнул седой казак, направляясь во двор.

Следом за ним вошли ещё двое пожилых казаков и, увидев трупы, одобрительно кивнули. Забежав в дом, Мишка быстро объяснил женщинам, что нужно делать, и, перезарядив оружие, побежал грузить тела в машину.

Застелив сиденья куском брезента, он с помощью казаков закидал тела, а сверху бросил пленного. Потом, запустив мотор, снова открыл ворота и, включив передачу, выкатился со двора.

– От же дал Бог таланту, – проворчал седой казак, глядя ему вслед. – У него даже повозка самобеглая задом едет.

– Мастер, – уважительно поддержал его другой боец и, достав кисет, предложил: – Пойдём, Евсеич, перекурим. Вона, Настя крыльцо мыть кинулась. Мешать тут будем.

– И то верно. Пошли, – согласился седой, доставая трубочку и отходя к сараю, откуда было видно и ворота, и двор, и крыльцо.

* * *– Да когда ж это кончится-то? – эмоции, написанные на лице контрразведчика, можно было обозначить одним ёмким словом: задолбало.

Мишка только устало развёл руками и, вздохнув, негромко проворчал:

– Самому надоело.

– Ладно. Давай по порядку, – успокоившись, велел офицер.

– А по порядку всё просто. Возле сопки Вороньей они хотели взорвать путь, когда по нему будет проходить воинский эшелон.

Я им нужен был только как проводник. Для меня и моей семьи это был бы поход в один конец. Господа террористы не церемонятся.

– Знаю, – скривился контрразведчик. – Но какова наглость?! Явиться в казачью станицу и среди бела дня попытаться взять заложниками целую семью. Это уже ни в какие ворота не лезет.

– Вот потому я и взбесился, – снова вздохнул Мишка. – А друзей их уже арестовали? – осторожно напомнил он.

– Солдат отправил.