И один в тайге воин

Подперев дверь избы поленом, Мишка догнал охотника и, пристроившись рядом, спросил:

– Как на ту сторону пойдём?

– Рыбаки перевезут, – пожал Торгат плечами. – Они сейчас все на реке.

Охотник вывел парня на берег и, оглядевшись, пронзительно свистнул. Вскоре откуда-то сверху подошла пирога с двумя молодыми парнями, и Торгат, не говоря ни слова, уселся в неё. Мишка последовал его примеру, и парни, ни о чем не спрашивая, дружно навалились на вёсла. Спустя четверть часа они пристали к противоположному берегу, и охотник всё так же молча сошёл на песок.

Выскочив следом за ним, Мишка быстро осмотрелся, запоминая направление, и вопросительно посмотрел на охотника.

– Туда, – коротко указал Торгат стволом винтовки и первым скользнул в кусты."

"Переход занял трое суток. Утром четвёртого дня охотник жестом призвал Мишку быть осторожнее и, обойдя куст лещины, присел на корточки, доставая из сумки бинокль. Мишка достал свой прибор и принялся буквально по сантиметру осматривать открывшуюся метрах в трехстах картину.

На поляне был разбит лагерь. Устроились неизвестные добротно. Даже отхожее место оборудовали. Четыре палатки стояли в ряд, а перед ними был устроен походный очаг.

– И чего вы тут забыли, любезные? – ворчал про себя Мишка. – Судя по лагерю, бродяги вы опытные и ручки запачкать не боитесь. Осталось выяснить, от кого вы выставляетесь и кто ваша крыша. Стоп! А палаточки-то вроде не наши. Точно, я не я буду, если это не что-то европейское. Так, а со стволами у вас что? Ага, «Левер».

Французские. Твою мать, такое впечатление, что всё оснащение собирали с миру по нитке. Нет, так ничего не поймёшь. Нужно к ним идти или «языка» брать. Но если взять «языка», а потом выяснится, что это наши, будет некрасиво. Придётся рисковать, – вздохнул Мишка и, опустив бинокль, поделился своими сомнениями с охотником.

– Что делать станешь, если не ваши? – помолчав, уточнил Торгат.

– Закричу, – усмехнулся Мишка. – А если увидишь, что кто-то хочет меня сзади ударить, стреляй сразу.

Не думай. Наши трогать не станут.

– Хорошо. Буду стрелять, – помолчав, решительно кивнул охотник.

Отойдя назад, Мишка после короткого размышления снял с бедра левую кобуру и, вынув из неё пистолет, сунул её в сумку. Сам пистолет он подвесил в петельки под левую подмышку. Не застёгивая куртку на груди, чтобы облегчить себе доступ к оружию, он проверил ножи и, вздохнув, не спеша направился к лагерю, держа винтовку поперёк груди стволом вниз.