Папаша Кац улыбался своей шутке, которая могла выйти ему боком.
— Вы опять за своё? Изя, подними лодку на поверхность и открой люки. Как они, по-твоему, будут нырять?
Через торпедный аппарат как я его назвал, Вика и Сиплый в скафандрах всё равно бы не пролезли. К тому же крышка со штурвальным замком накрепко прикипела к корпусу, местами даже расплавилась. Парочка в тяжёлых скафандрах выбралась через верхний люк и прыгнула за борт предварительно обвязавшись тонким тросом. На мониторах в рубке управления мы увидели то, что видят водолазы.
Трансляция шла прямо из их шлемов. Водолазы включили мощные прожекторы, пробивающие толщу воды не дальше десяти с небольшим метров. Опускаясь всё ниже и ниже они выпускали наверх тоненькие струйки отработанного воздуха. Сами скафандры были похожи на те, что я видел ещё в детстве на Чёрном море. Круглые прозрачные шлемы и толстый корпус с сочленениями, дающими небольшую свободу действий. Вика и Сиплый были заперты в них как в телефонной будке. Вероятно, такая конструкция предусматривала погружения на большие глубины.
Других, более лёгких скафандров на лодке не оказалось. Так что глубина в километр им была не страшна.
Погружение длилось минут двадцать. Я честно очень боялся, что на самом дне впадины мог притаиться ещё кто-нибудь. С одной стороны, а с другой, если он бы там сидел, то давно пришёл на помощь Кракену. По мере продвижения вниз впадина сужалась и сейчас походила на конус или пожарное ведро. В пылу схватки мы совершенно не обратили внимание на строение пещеры и мне она показалась круглой.
Вскоре наши аквалангисты опустились на дно. Оно уступало по площади поверхности раза в четыре. Всё вокруг было засыпано каким-то хламом. Вика сразу принялась за Кракена действуя острыми ножами. Благо что кальмар опустился на дно брюхом вниз. Вид он имел плачевный. Я втайне порадовался своему дару полученному от скреббера. Так въебать ему мог далеко не каждый. Клюва как небывало, половины его тупой башки тоже испарилась. Вика быстро проникла сквозь шкуру окутавшись иссини-чёрным облаком его крови.
Пока она копошилась с Кракеном, Сиплый решил потоптаться рядом. Стоило ему сделать несколько шагов как он наткнулся на большой бугор на ровном дне. Утопая по колено в иле, он с трудом добрёл до загадочного холма и начал ковырять его.
— Сука! — в рубке раздался резкий крик Сиплого, и он понёс какой-то бред. — Сука! Тварь, обмылок позорный! Начальник, здесь человеческая морда скелетная!
— Ну-ка освети его, плохо видно, — попросил я.
