Полу-русалы ходили обнаженными по пояс, в широченных штанах и босые. Женщины так же босиком, но укутанные в тончайшие ткани, открывающие взору только щиколотки, кисти рук и глаза. Что мужчины, что женщины украшали себя, цепочками, браслетами и сережками. Смотрелись они очень экзотичненько. Жители города Фонтанов, говорили мало, и старались держаться особняком, но в тоже время были дружелюбны. Проходя мимо, общающейся парочки, я понял, почему они стараются молчать, и полностью с ними согласился.
Женщина говорила тихо и неторопливо, словно монотонное пение, иногда прерывающееся резкими высокими звуками.
Мужчина отвечал более резко, что неприятно резало слух. Лучше пусть молчат.
Постоялый двор, на этот раз разительно отличался от всех виданных мною. Морская тема, здесь была как воздух. Стены — большие тонкие аквариумы с плавающими в них маленькими пестрыми рыбками. Красота, но воды многовато. Главное чтобы кровати были не водяные, а то у меня с ними натянутые отношения. Вечно протыкаются не в подходящий момент, потом как идиот убирай тонны воды, делать же больше нечего.
И спать на желе, мне как-то не улыбалось.
Комнаты оказались замечательными. Большие, светлые с огромными стеклянными дверьми с выходом на шикарную террасу. Лепота, словно на курорте. В трактире мы оказались поздним вечером, уставшие и разбитые. Собравшись на ужин, не порадовало открытие, что жители этого острова вегетарианцы. Финиш!
Покормили нас вкусно, но не сытно. Разве можно, наесться с фруктов и какой-то зеленой каши?! Хочу мясо! Больше двух дней я здесь не выдержу, сам уйду — в плавь.
Дети в полудреме поклевали в своих тарелках и на автопилоте ушли к себе. Кошки, понуро волоча свои хвосты, поплелись за ними следом.
На мои просьбы дать хищникам то, что положено, то есть — мясо. Хозяин трактира испугано замахал руками, мол, как можно?! А когда заикнулся о рыбе, глаза трактирщика увеличились под размер подаваемых нам тарелок. Я уже некоторое время спокойно ел, когда хозяин только пришел в себя, усилено моргая.
Принесшую для кошек кашу, они есть не стали, вот поэтому плелись за детьми такие обиженные.
Подниматься первым в комнату, склонившись в шутовском поклоне и движением руки, я пригласил Зерана. На что он удивленно вскинул бровь, но промолчал. В моей голове уже во всю роились фривольные мысли, с участием моего супруга. Тихонечко похихикивая, я тёпал за ним следом, с удовольствием рассматривая его сзади.
