Мы, у ставшие и пыльные от дороги, с удовольствием растянулись на сеновале. Словно в деревенской романтике оказался. Дети ели добрели до него, упав на сено, тут же заснули. Даже совсем грустные Лана со Снежем, свернувшись клубочком, сладко посапывали.
Ох, дайте мне толстое одеяло! Ужас какой-то, как умудряется сильно колоться, это на вид, мягкое сено. Иглотерапия в действии. Усталость брала свое, и я сделал проще, практически завалился на Зерана, заменив им себе мягкий матрас. Сестра тоже не отличалась стыдливостью, воспользовалась моей спиной.
Тепло, хорошо и спать так хочется…
Нас разбудил тихий голосок нашей хозяйки, звавший завтракать. Ого, горяченькое. Даже супом накормили, как же я по нему соскучился.
— Бабушка, а город какой поблизости есть? — спросил я, с умилением смотрящую на нашу жующую компанию, старушку.
— А то, как же не быть. Есть. Часа три на телеге и вы там, — прошамкала хозяйка.
— Большой? — заинтересовалась сестричка.
— Большой, почитай с три села наших будет, — закивала старушка, вызвав улыбку.
Для нее, наверное, этот город действительно большой, а для нас, село селом.
— Бабушка, а у вас что- нибудь интересное происходит?
— Да, что у нас может интересного происходить, — пожала она плечами, на мой вопрос. — Глашка с Митькой собираются обряд свершить, а то и понятно. Время идет, им уже по шестнадцать. Фросел купил себе пса нового. Злющий, мимо ходить боязно, а то вдруг как сорвется. Микола давеча волоха приволок. Он его голыми руками завалил.
А то понятно, кузнец же. А Сенер скоро…
— Постойте, бабушка, мы поняли как у вас здесь много нового. Мы, наверное, собираться уже будем. Спасибо вам за ночлег, и за вкусный завтрак. И вот вам деньги за постой. — Поторопился я прервать словоохотливую старушку. А то сначала молчала, а потом прорвало ее, не остановить. Так хотя бы новости были стоящие, а то так, ерунда всякая.
— Спасибочко, вам детки, — запричитала старушка. — Вы только осторожно езжайте, а то лютуют у нас разбойники, спасу от них окаянных нет.
Да еще ко всему поговаривают, что рядом с владениями темных эльфов не все спокойно.
— А что там с темными? — насторожилась сестренка.
— Этого я не знаю, но говорят, что в сумерках нападают на села, эльфы и вырезают подчистую. Может, терпятся злые языки в пустую. Как у нас бывает- то, один сказал одно, а до третьего дошло совсем другое, — поторопилась успокоить нас хозяйка. Наверное, наши побледневшие лица ей не особо понравились.
