Не могу толком объяснить, но мне нужно вернуться в город, где я был рабом, что бы освободиться и освободить всех.
— Ты твердо решил туда вернуться? — напряженно спросил Зеран.
— Зачем? Ты хочешь попасть в рабство?! — вскочил Версен.
— Сейчас я словно в рабстве. Простите, но завтра вечером я уйду, — встав, я подошел к окну и уставился на пышно цветущий куст, даже не замечая его красоты.
— Нет, драгоценный, мы уйдем, — поцеловал меня в макушку Зеран.
— Не, я вас одних точно не отпущу, — подлетел ко мне Версен, обнимая.
— Вы со мной? — с надеждой спросил я, снова купаясь в их заботе и нежности.
— Ты еще и сомневаешься? — укорил меня Зеран.
— Даже если захочешь, все равно не отпустим, — зарылся носом в волосы Версен.
— Не захочу. Когда вы рядом, я не о чем не волнуюсь.
— Тогда решено.
Собрались? — мы вчетвером столпились рядом с переместителем.
— Глава, открывайте, — уверенно произнес я.
— Удачи.
Свет, ничто, и… палящие солнце, песок… пустыня.
— Ну, вот мы снова и встретились, — поприветствовал я пустыню.
Глава 13
' Прежде, чем создать, нужно разрушить'.
— Эргил, прикрой голову, — протянул мне шелковый платок, Версен.
Солнце палило так, что даже двигаться было безумно жарко.
— Версен, оставь себе, ты и так достаточно обгорел.
— Зеран, как думаешь, нам сегодня повезет найти оазис? — словно идешь по раскаленной сковороде, обжигая ноги. А по ночам, так холодно, что если бы нас не было трое и мы не жались друг к другу, укрываясь крыльями, то наверняка к утру дрожали как осиновые листья.
— Не знаю. Когда летели, я вдалеке видел что-то похожее.
— Нам не помешает передохнуть немного в нем, — поддакнул Версен, — по крайней мере, пока не сможем снова лететь.
— Как тебе полет? — попытался улыбнуться я, потрескавшимися губами.
— Это настолько прекрасно, что у меня нет слов, — засиял Версен, сильнее жарящего солнца. — Там, в небе, словно начинаешь жить по — другому. Свобода, свежий ветерок ласково обдувающий тебя, и ты сам решаешь, что сделать в следующую минуту.
— Прекрасный подарок сделал тебе наш Даэ.
Мне тоже нравиться какую свободу дает полет.
— Эх, сейчас бы взлететь. А ни как. У меня крылья чуть не отвалились, два дня без передышки, над нескончаемым песком.
— Пока оазис не найдем, и не отдохнем, лететь не получится, — уныло согласился со мной Версен.
— Зеран, — заканючил я, — ну где твой оазис?
— Где-то там, — указал рукой вперед.
Отключиться, просто тупо передвигать ноги, не думать о том, что жарко, не ощущать жажду, не думать.
