— Ну не убивать же мне их всех, — сладко потянулся я, всем телом, лежа на шикарной, кровати в нашем новом доме. Каникулы, после двух лет в Академии, вещь приятная.
— А как ты идола додумался от амазонок вызвать? — поинтересовался Зеран.
— Надо же их было судить, — пожал я плечами.
— А мне суд понравился и бывшим рабам тоже, — захихикал Версен.
— Еще бы, — усмехнулся я.
— Как они теперь жить будут? Кругом одни обезьянки бегают, — улыбаясь, спросил Зеран.
— Привыкнут. Главное, что рабства теперь нет, — лежа на боку, подпер свою голову рукой Версен, задумчиво рассматривая меня.
— Рабы заботятся о своих хозяевах. Город обезьян, — проговорил я. И мы рассмеялись.
— Да, кстати, забыл сказать, мать моя требует еще одного наследника. Придется снова съездить в гости к родным.
— Калив, теперь уже сам настаивает, на втором ребенке, — подмигнул мне Зеран.
— Да? Двойню им бы сразу, — мстительно сказал я.
— Дети, это здорово, — мечтательно прикрыл глаза Версен.
— Мурр… мальчики, поиграем?
— Зеран…
— Даэ…
— Ммм… Версен
— Какой ты сладкий, Эргил.
— Да…так…
Три голоса, три души, как одна.
— Мне одному это мерещиться, или я все еще отойти не могу?
— Нет, я тоже вижу, светящийся шар, над нами, — все еще тяжело дыша, проговорил Зеран.
— Что это такое? — разлепил глаза Версен.
— Сам не знаю, я как — то занят был, — хихикнул я, — тобой.
— Гудение какое-то, — тихо зашептал Зеран.
— Да — я это слышу, — подтвердил Версен.
А у меня в голове началось нашептывание. Заставляя повторять вслух, слышанные мною когда-то слова мудрого дракона.
— Круг, полон. Желание трех, вмиг станут едины. Тело покроет серебра узор, и появится жизнь…Твою мать!!!
Меня выгнуло, волной пройдясь током по мне, я словно лампочка начал светится, весь покрываясь узором, столь же сложного орнамента, как и на спине. Светящийся шар, завибрировал, раскручиваясь, все сильнее, и когда свет от меня стал просто невыносимым, влетел в меня, растворившись. И я понял все…
— Кто думал о детях, одновременно со мной? — елейным голоском спросил я, вернувшись в нормальное состояние.
— Ну, я подумал, — повинился Версен.
— Я, только представил, каким чудесным был бы малыш, похожий на тебя, мой эльфенок.
— Поздравляю мальчики, мы скоро станем папами, — ехидно выдал я.
— Что?! — вопль. Как стены еще устояли. А как мне хочется материться, и причем с чувством, без такта, и по полной. Сдерживать я себя не стал. Через минут двадцать, когда я остыл, смог говорить дальше.
