Словно что- то спрятанное глубоко внутри меня дало трещину, через которую полилась сила, обильно сдобренная гневом и душевной болью. Мне стало, нестерпимо жаль погубленные другими, жизни старика, Митяки, мою. Сжав руки в кулаки, я заорал изо всех сил: ' Ненавижу! Как же я вас всех, уродов, ненавижу!' Закружившийся вокруг меня вихрь стал распространяться все шире и шире. Проходя сквозь тела, словно туман и оставляя за собой лишь пыль, от не успевших ничего понять, людей. Разорванный ошейник упал к моим ногам. Слезы застилали мне глаза.
Опустошенный на ослабевших ногах я опустился на землю и потерял сознание.
Глава 9
' Улыбайтесь, это всех раздражает'.
Пришедшая утром стража вместе с засекшим всплеск магии, вчера вечером, светлоэльфийским магом, нашли в живых только меня, лежащего свернутым калачиком посреди двора. Светлый эльф с довольным видом защелкнул на моих запястьях, темного эльфа, антимагические браслеты. Бесцеремонная стража, притащив меня в тюрьму, швырнула в вонючую камеру. Тихо и опустошенно я лежал и смотрел в одну точку.
Терпеливо ожидая суда. А вот, что приговор мне не понравится, я не сомневался. Мимо сновали крысы, совершенно не боясь меня. Мне было безразлично. У зарешечетого окна послышалось хлопанье крыльев. Большая птичка — вяло отметил мозг.
— Эй, парень? Ты меня слышишь? — раздался мужской голос.
— Слышу. Чего надо? — не меняя не позы, не интонации сказал я.
— Хочу тебя из заключения вытащить, — огорошил он меня.
— Зачем?
— Я видел, что ты натворил. Любопытно стало, на тебя посмотреть.
Скучно мне, вот и решил тебя спасти, — объяснил неизвестный.
Каким тоном было произнесено слово 'скука', навело на мысль, что моему новоявленному спасителю действительно просто скучно, и он решил таким образом развлечься.
— Дождусь приговора, — глупо буркнул я.
— Его уже вынесли, — сообщил он, — сожгут завтра днем. Столб с кучкой дров уже приготовили.
— Круто.
— Ну, так как, спасть тебя или нет? — нетерпеливо выдал неизвестный.
— Раз пришел, давай спасай, — согласился я.
— Отлично! — Обрадовался странный тип. — Тогда отойди подальше от стены. Когда рванет, прыгаешь ко мне в объятия и крепко держишься. Мы полетим. Понял?
— Понял. Взрыв, прыгаю, жмусь, летим.
— Точно. Начали.
Бабахнуло смачно — пол стены, как корова языком слизала. Прыгаю, обнимаю, летим. Уткнулся носом в мужскую грудь. Стараюсь не куда не смотреть, высоты, как оказалось, я тоже боюсь. Летим… Летим долго, я уже устал, не говоря о том, кто меня несет.
