Вид окровавленного с ног до головы Даэ, меня перепугал. А когда он еще и разревелся, я вообще не знал, что делать и как его успокоить. Правда, эльфенок быстро успокоился и сам. С поляны мы уходили быстрым шагом. Он ни разу не обернулся, не хотел смотреть на то, что сделал? Или просто торопился помыться? Я почти был уверен в первом. Зря он так переживает, я поступил бы точно так же. Шли долго и молча. Увидев ручей, Даэ понесся к нему с остервенением, срывая с себя грязную одежду и плескаясь в ледяной воде. Пришлось, мокрому и морщившемуся эльфику, отдать последние, чудом сохранившиеся сменные штаны.
Надо срочно менять гардероб, а то выглядим как последние нищие. Отвратительно. Швар! Мне совершено не понравилось, решение темного, распущенным волосом прикрыть свою наготу. Но возражать не стал, выхода не было. Порву любого, кто двусмысленно посмотрит на моего Даэ. Где бы набраться терпения?! До города дошли ночью, естественно нас не пропустили, пришлось укладываться прямо у стен. Темный демонстративно улегся, подальше и уснул.
Заживающая и неимоверно чесавшиеся рана не давала мне спокойно уснуть. Приятно удивил, сонный приход эльфика, бесцеремонно подлезшего и крепко прижавшегося ко мне, всем телом. Замерз, вон какой ледяной. Обхватив его рукой, прижал к себе сильнее. Темный продолжал безмятежно спать. Успокоившись, я уснул следом.
И вот сейчас, я смотрю на радостно улыбающегося солнцу, эльфенка. И как солнечные лучи отсвечивают его смуглую кожу, придавая ей какое — то волшебное свечения. Завораживающе поигрывали мышцы живота, выделяющиеся небольшими кубиками.
Черным шелковым каскадом струились по спине волос. Смотрю на него и безмерно счастлив, что с этим божественным чудом, меня свела судьба.
***
Прищурившись, я задорно подмигнул, рассматривающему меня демону. От чего тот смутился, словно его застали за подглядыванием.
— Пора будить детей. — Я резко развернулся на реплику Зерана.
— Каких детей? — непонимающе переспросил я. Вроде вчера, когда спать ложились, у нас один ребенок был, или я чего-то пропустил?
Смотрю, тараща глаза, рядом с Ланой свернувшись калачиком, спит паренек.
— Лана просыпайся, — тормошу за хлипкое плечико девочку. Проснувшийся ребенок, умилительно трет маленьким кулачком свои глаза.
— Лапочка, а кто это? — стараясь говорить, ласково спрашиваю у неё, указав в сторону уже проснувшегося паренька.
— Я говорила, — вздохнув по взрослому, объясняет она, — это Зевур, он мой братик.
Обана! Приплыли. Братик у нас оказывается, оборотень.
