За секунду до выхода из машины, подхватил аптечку и не спеша направился ко входу в торговый центр. Крупные хлопья снега уже вполне по-зимнему покрывали землю. Долго смотреть прямо перед собой оказалось весьма проблематично из-за порывов холодного ветра, что грубыми оплеухами бил по лицу и забирался под одежду ледяными щупальцами.
Снова вечерняя суета. Стеклянные офисы взорвались и выпустили на улицы слишком много людей, которых не удержали в стенах зданий или коконах машин даже погодные условия.
Итак, зимние ботинки и аптечка.
Сначала аптечка. Меньше всего мне хочется таскаться с ней по всему ТЦ, словно в ожидании смельчака, который сможет оказать мне помощь. Она нужна мне меньше всего.
Цветочный магазинчик, за витриной которого почти ничего не видно из-за обилия цветов, был еще открыт. Оно и к лучшему: не придется вылавливать Софию у подъезда или на площадке у дома, чтобы отдать ей этот чертов кейс, который уже оттянул мне руку и сжег кончики пальцев своим существованием. Хожу с ним весь день как с писаной торбой.
Тихий звон колокольчиков над входной дверью оповестил о новом посетителе. Запах цветов наполнил нос и вязкой субстанцией прилип к языку, то ли горечью, то ли приторностью.
Обвёл взглядом букеты, не задерживаясь ни на одном из них, пока не встретился с глазами цвета охры, что смотрели на меня несколько равнодушно и отстраненно.
– Ты вчера оставила, – разбавил я затянувшееся молчание и прошел к прилавку, положив на него аптечку.
– Спасибо, – сухо ответила София и спрятала его вниз.
Снова подцепила кончиками пальцев тонкий стебель какого-то цветка и пристально вгляделась в его соцветие.
Что ж, всё прошло даже лучше, чем я себе придумал. Никаких вопросов, никаких разговоров и рыхлых извинений. Коротко и по делу.
– О! – донесся возглас со стороны холодильника, заставивший вздрогнуть меня и руку с тонким стеблем в ней. – Добрых вечеров, Павел Романович!
– Жильцова?! – нахмурился я, не веря своим глазам, наблюдая за тем, как в поле зрения появилась тощая фигурка девушки.
– А здесь ты что забыла?
– Работаю, – тонкая бровь появилась на мгновение над черной оправой очков. – Не видите – на мне фартук и даже перчатки?
– Работаешь?
– Работаю, – кивнула она. – Ваша очередь.
– Очередь?
– Ага. Спросить, работаю ли я здесь.
– Тася! – обрубила её София.
– Что? – выпучила девчонка глаза. – Мы играем. Да, Павел Романович?
– Вы знакомы? – спросила нас обоих София и вышла из-за стойки, оставив на ней цветок.
