И только сердце знает

 — Единственный человек, который сможет оказать влияние на твоего сына, — ты. По-другому и быть не может, и мы оба об этом знаем. А что касается Тео, он прожил здесь всю свою жизнь. И за это время успел позаботиться о двух малютках и трех более взрослых детях, включая и меня, могу еще добавить, что я была единственной девочкой, за которой он ухаживал. И ни на кого из нас он не оказал пагубного влияния, да и не собирается этого делать и впредь.

— Он любит Гая как своего собственного ребенка, и он никогда не навредит ему. А теперь скажи мне, что важнее? То, что о твоем сыне заботятся с такой любовью и нежностью, которую можно только вообразить? Или то, что ты и дальше будешь нападать на Тео только потому, что он в восторге от твоего величественного тела?

Ранульф не растерялся.

— Величественного?!

— Да. — Она улыбнулась.

— А я и не знал, что ты так думаешь. Он что же, был смущен?

Господи! Как же она любила этого мужчину со всеми его причудами, недостатками и другими обожаемыми ею качествами!

— Разве я не говорила вам об этом, милорд?

— Нет.

— Но я ведь не раз давала понять вам это.

О! Он действительно был смущен. Рейна улыбнулась и медленно направилась к нему. Словно ненароком она чуть приспустила сорочку с одного плеча и заметила, как глаза Ранульфа загорелись. Он показался ей немного растерянным, однако чувство это длилось лишь до тех пор, пока она не подошла к нему вплотную. И она оказалась высоко над землей — именно так они и встретились, все было именно так, как в первый раз, с одной лишь разницей, что глава его вместо ярости излучали безумную страсть.

— Господи, женщина, когда ты так на меня смотришь…

— Так чего же ты ждешь? — хрипло сказала она и обняла его так крепко, что им обоим стало трудно дышать. — Хочешь, чтобы разнообразия ради я затащила тебя в постель?

Ей не пришлось спрашивать его дважды…"