– Поисками занимались одни мужчины, только главы рода, правильно? Иначе о проклятии знали бы все, но раз удалось сохранить это в тайне, слухи не в счёт, значит, Варийские никого и близко не подпускали. Проклятье наложила женщина, возможно, женский глаз заметит то, что мужчины могли пропустить? В любом случае, я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать несчастного случая! Раз ты не смог, - герцог громко скрипнул зубами, - то придётся мне решать эту проблему. Я благодарна, что ты выслушал и готов идти навстречу, но, прости, больше необходимого видеть тебя пока не хочу.
Демьен понял, что аудиенция окончена… А он не успел ничего ей сказать! Впрочем… Дениз права – сейчас самое главное – её настроение и состояние, он потерпит, подождёт, сколько нужно, лишь бы она выжила. Всё для этого готов сделать, на что угодно пойти! Трое, вы слышите? Всё, что угодно, только бы его девочке было легче! А он мужчина, он справится с любыми испытаниями и трудностями! Пожалуйста!
Мужчина встал, поколебался – подойти ближе или уйти так? – и, уколовшись о взгляд жены, просто коротко поклонился и вышел за дверь.
Работы – непочатый край! Пристройку приведут в порядок в считанные дни, купальню переоборудуют, ограду вокруг куска сада магия поможет поставить, не вручную же землю копать! И письма, манускрипты и мемуары… Их ещё найти и собрать. Этим он займётся сам.
День пролетел в хлопотах, Демьен даже забыл поесть, вспомнил, что с утра во рту ни крошки не было только поздно вечером, когда возмущённый пренебрежением желудок громко заявил о своих потребностях.
Камердинер принёс ему, что нашёл – холодное мясо, хлеб и сыр. Герцог наскоро подкрепился, запил всё едва тёплым отваром и упал в сон, будто в омут провалился.
Пробуждение выдалось весьма неприятным – Его светлость тошнило. Демьен еле успел добежать до уборной, где его несколько раз основательно вывернуло.
«Наверное, мясо вчера было не свежее», - решил мужчина. Прополоскал рот, умылся и вернулся в спальню.
Несварения у него случались редко. Вернее, на его памяти это произошло впервые.
Весьма неприятные ощущения, но ему некогда болеть! Ничего, Тавис пришлёт отвар, и всё наладится!
Его светлость отправил вестник целителю, привёл себя в порядок и отправился на кухню – устроить повару разнос. Голова слегка кружилась, в желудке застыл холодный комок, вообще, чувствовал он себя довольно разбитым, будто бы всю ночь работал без остановки.
