Ей до сих пор удивительно, как она смогла уговорить его на Аринику? И хоть вторые роды ни в какое сравнение не шли с тем, что им пришлось пережить с Адрианой – собственно, она управилась всего за два часа – все разговоры о третьем Демьен пресекал на корню.
- Наследница у нас есть, её муж займёт после меня место Главы рода. И я вполне счастлив и без сына, поверь! Дождусь внуков, уж одного-то мальчишку дочери нам подарят?
Дениз погладила животик и снова улыбнулась. Ох, эти мужчины! Муж уверен, что обезопасил, что предусмотрел всё, но не подумал, что действие зелья может закончиться, а они как раз позволят себе расслабиться, будучи проездом из графского поместья в императорский дворец.
Ну, как проездом? Пролётом, можно сказать – путешествовали же порталами. Только во дворце, где они переночевали, амулета под кроватью не оказалось, а она не стала мужу о нём напоминать.
И вот… Теперь она уже точно уверена – не зря тогда промолчала! Может быть, на этот раз мальчик? Хотя она и дочке будет безмерно рада! В конце концов, в роду Аламьен тысячу лет не рождались девочки, надо навёрстывать!
- Дени? – раздавшийся позади голос мужа заставил вздрогнуть и повернуть голову.
- Дем, что ж ты подкрадываешься? Так и заикой можно остаться.
- Вылечим, - ответил супруг, не сводя с неё глаз. – Несварение?
- Что??
- Живот гладишь – болит? Лекаря?
- Нет, тебе показалось, - вот и сделала сюрприз.
У, глазастый, да наблюдательный!!!
- Дени? Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Уф…
- Неужели?? – правильно расшифровав её счастливо-виноватый вид, герцог опустился на колени у кровати, подтянул жену к себе и прижался щекой к её животу. – Дениз, как? Когда?
- Когда ночевали во дворце, полагаю, - улыбнулась женщина. – Кому-то так не терпелось, что до дома не дотянул. А как – тебе лучше знать, или ты уже забыл, как получаются дети? Ты не рад?
- Я? Рад.
Но, Дени, - простонал милорд. – Опять переживать это! И роды…
- С Ариникой ни я, ни ты практически, не страдали, - смех и грех, но однажды выпрошенное у Братьев наказание или привилегия – она до сих пор не может определиться, что это – после рождения Адрианы не исчезло. И её супруг по-прежнему ощущал на себе все неприятные ощущения и боль жены. Только теперь он не перетягивал их на себя без остатка, а забирал половину.
