И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

В детстве Стэн любил снег.

Спустившись с крыльца, он наступил на мерцающую бриллиантовыми искрам гладь. Миллиарды кристаллов под его ногой сломались, рождая скрипучий хруст. Стэн сделал шаг, потом другой и прислушался к себе, выискивая проблески искрящегося, взлетающего в небо счастья.

Стэн вытащил из кармана мобильник, посмотрел на часы и торопливо зашагал к присыпанной снегом машине. За ним тянулась цепочка глубоких темных следов. Рельеф армейских протекторов стремительно наполнялся грязью.

До центра города Стэн добраться за рекордные полчаса.

Но на выезде к площади Триборо изнывала смогом и длинными тоскливыми гудками чудовищная пробка – и не было ей ни конца, ни края. Уже впилившись в замедляющийся, обреченный поток, Стэн заметил в плотной веренице машин просвет. Чудом прорвавшись на правую полосу, он свернул в какую-то сумеречную арку и выехал на улицу с односторонним движением.

Мысленно благословляя три месяца, проведенные за рулем такси, Стэн нырял в забитые мусорными баками проулки, распугивая бомжей и кошек.

Он срезал несколько углов через дворы, проехал под табличкой «Въезд воспрещен» - охранника там не было, а камера давно не работала – и выбрался наконец на Манхеттен. Плотный нью-йоркский траффик подхватил его, словно конвейерная лента, и понес вперед – к Пятой Авеню. Когда на горизонте замаячили рога «Уолдорф-Астории», Стэн покосился на часы. Без двадцати девять.

Нормально. В графике.

Включив поворотник, Стэн плавно свернул к отелю.

Проехав под низкой бетонной аркой, он вырулил на стоянку и бессильно выругался. На площадке для посетителей все было забито. Вообще все. А пропуска на стоянку для сотрудников Стэну не выдали. Да еб же твою мать!

Судорожно взревев двигателем, Стэн вылетел на шоссе и завертел головой. Площадка перед бутиком забита. Перед рестораном – забита. Перед какой-то неведомой претенциозной херней – забита наглухо. С ума они, что ли, посходили все в девять утра!

Проскочив на мигающий зеленый, Стэн засек место на платной стоянке и спикировал на него, как альбатрос на макрель.

Подрезав дорогущий спортивный «БМВ», он загнал старенький «Додж» на парковку и выключил зажигание.

На часах было без десяти девять. Запихнув пистолет в бардачок, Стэн выскочил из машины и галопом помчался к «Уолдорф-Астории». Чертова парковка была слишком далеко, а таймер в голове уже не щелкал - орал.

К отелю Стэн добежал, имея в запасе целых три минуты.