И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

- Сэр? Вы меня слышите?

Усилием воли замедлив дыхание, Стэн сухо, со скрипом сглотнул и попробовал еще раз.

Голос был ломким и каркающим, как у старика.

- Я хочу вам кое-что объяснить.

Взгляд Стэна метался по комнате в поисках возможностей – идиотских, ничтожных, любых.

Говори. Объясняй, убеждай, хоть дрочи на дохлую корову – только дай мне время подумать.

- Я не планировал вас убивать. Все этого… беспорядка не должно было случиться - колеблющийся, как вода в канализационном люке, Твардзик, обвел рукой разоренный зал.

- Что закончишь? Чего ты хочешь?

Вопрос прозвучал почти нормально. Голос все еще прыгал, губы тряслись, но истерика медленно отступала.

Дано: неуязвимый сукин сын. Как прикончить неуязвимого сукина сына? Думай, Стэн, думай.

- Мистер… простите, как я могу к вам обращаться? Благодарю, мистер Паттерсон. Видите ли, боюсь, тут возникло некоторое недопонимание. Я не делаю ничего плохого. Наоборот, я хочу все исправить. Магия – это источник величайших возможностей.

- Да. Мать, от рака.

- Вот! Если бы маги не прятались, если бы силу использовали вне ограниченного круга людей, ваша мать была бы жива. Разве сложившаяся ситуация справедлива?

- Нет. Не справедлива, - согласился Стэн. Сейчас он согласился бы даже с тем, что небо зеленое, а в Гудзоне вместо воды пиво течет.

- Маги не могут узурпировать силу, которая способна изменить мир.

Вот только маги не узурпируют силу. Их всего восемьсот тысяч на восемь миллиардов людей. А значит, на одного мага придется несколько миллионов пациентов.

Если бы Скрытый город перестал прятаться… мама стала бы одной из безграничного океана людей – то есть, никем.

Стэн разговаривал об этом с Деллой. И Делле он верил больше, чем текучему негативу уебка.

- Согласен. Маги не должны узурпировать, - Стэн вытянул шею в попытке отыскать Деллу. Она наверняка очнулась. Это же просто удар, ничего страшного. Очнулась и отползла в сторону, все хорошо. Все в порядке. Надо только что-то придумать. Убрать этого гандона к хуям собачьим – и все будет хорошо. - Я тоже думал об этом. Да. Ты прав.

- Ты врешь, - странное прерывистое жужжание являлось, вероятно, смехом. – Но это неважно. Потому что я действительно прав.