И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Погрузившись в безумную изнанку Скрытого города, он ожидал обнаружить в булочке что угодно – начинку из мышиных хвостов, бумажное конфетти или приворотное зелье. Но это был просто шоколад.

- А? – Стэн обернулся к Ругер, выставив перед собой булочку, как Капитан Америка – щит.

- Шоколад? Не нравится? Джем ведь лучше, так? – Ругер смотрела на Стэна с надеждой.

- Да нихрена. Шоколад вкуснее, - подключился к беседе Манкель. – Скажи ей.

Теперь они оба таращились на Стэна, как кошки на воробья, даже жевать перестали.

Видимо, это была какая-то местная драма с глубоким бэкграундом и туманными перспективами развития. Локальный конфликт, законсервированный из-за равнозначности противоборствующих сил. А Стэн, войдя в кабинет на правах третьего, нарушил великое равновесие.

Запихнув себе в рот половину булки, Стэн начал медленно, вдумчиво жевать. Ругер и Манкель терпеливо ждали ответа.

Нужно было принять решение. Выбрать сторону, или сохранить нейтралитет, а может, объявить войну всем – и сказать, что в нормальные булки кладут говяжий фарш.

И горчицу.

- Ну? – не выдержала Ругер.

- Да. Точно. С джемом вкуснее, - глубокомысленно кивнул Стэн и запил тяжкий выбор кофе.

- Итак, леди и джентльмены, - Петер выдернул из папки приказ. Большая круглая печать синела на нем, как гематома. – У вас есть работа. Важная и ответственная. Умер Дирк Цибулоффски.

Делла отреагировала предсказуемо – закрыла лицо ладонями и простонала: «Бляяяядь». Паттерсон, который целых двадцать минут выглядел нормальным, удивленно посмотрел на нее – и тут же напрягся.

Челюсти стиснуты так, что желваки ходят, в глазах – неколебимая суровость.

Не человек, а памятник американскому патриоту. Посмертный.

Все-таки этот парень очень далек от нормы, что бы там Делла себе ни воображала.

- Для тех, кто не в курсе, - Петер выразительно посмотрел на Паттерсона. – Дирк Цибулоффски – это дедуля ста семидесяти лет от роду. Сто пятьдесят из них он практиковал некромантию и добился неслабых успехов. Зомби у Цибулоффски после месяца активной эксплуатации выглядели лучше, чем моя первая телка.

- Зомби? - Паттерсон слегонца позеленел.

- Да. Минимум собственного сознания, замедленное, но все-таки наличествующее гниение и специфические пищевые привычки, - подкинул информации Петер. Паттерсон позеленел еще больше. – У нас тут как-то хохма была… Служащие в Первом магическом банке начали на запашок специфический жаловаться. Сначала мышь дохлую искали, потом кошку.