И вкус тьмы на губах

– Вам повезло, для большинства людей ойтери – сильнейший яд. У вас такой непереносимости не оказалось, – объяснил второй близнец, рассматривая меня с интересом исследователя.

У меня внутри все заледенело при мысли, что в очередной раз мимо меня прошла смерть, чудом не забрав с собой. Да-а, вкусные фрукты, только есть можно один раз.

– Какая интересная дубина! – уважительно произнес первый близнец, взвешивая на мозолистой ладони мою скалку. – Впервые такую вижу. Удобно пользоваться?

– Мне жаль разочаровывать, но это не оружие, а кухонный инструмент.

 – Я смутилась и тихо добавила: – Я кулинарный маг.

Мужчины переглянулись, и лица их повеселели. Кажется, я уже знаю, что сейчас услышу. Или шуточку, что некоторые, даже утопая, не расстаются с рабочим инвентарем, или же закономерную просьбу.

– Госпожа Джун, не будет ли большой дерзостью попросить вас приготовить сегодня ужин?

Предсказуемая реакция, но необидная. Тем более я всегда любила готовить рыбу, а ее, кстати, кромешники наловили почти два ведра.

– Я с радостью отблагодарю вас за спасение вкусным ужином.

Мужчины заулыбались и в унисон произнесли:

– Слава Тьме!

Заметив мое удивление, один из них объяснил:

– Вы представить себе не можете, какую дрянь приходилось нам есть в последние дни. Когда никто не умеет готовить, это горе для всей команды.

– О, тогда я буду очень стараться, чтобы ужин вышел достойным императора!

Полечив меня и высушив мое платье артефактами, близнецы принялись собирать снасти и улов.

Шли в лагерь кромешников, перешучиваясь и рассказывая о долине.

Мне тоже было что поведать – мужчины с интересом выслушали повествование о моих мытарствах и назвали любимицей богов.

– Вы столько раз могли умереть, госпожа Джун, – покачал головой один из близнецов.

К сожалению, теперь я не могла определить, кто из них Ольгер, а кто Ринджер, и отличительных признаков не видела.

– И Адарай на вас почти не воздействует, – добавил второй кромешник.

Со слов мужчины стало ясно, что тоску и желание умереть мне внушал не зверь под деревом, а сама долина.

Я не стала говорить, что от рокового шага меня уберег родовой браслет Глау, и теперь принимала незаслуженную похвалу, отчего моя совесть время от времени втыкала болезненную шпильку. Врать нехорошо, но интуиция решила, что немного лжи и замалчивания не помешает.

Вечернее солнышко ласково грело спину, теплый ветер ерошил распушившиеся после купания волосы, и часовой переход от реки к лагерю кромешников показался приятной прогулкой.