И замок в придачу

Та самая, что означала, будто мужчина знает какую-то тайну, которую, увы, не знаю я.

— Сыграем еще? — предложила я, скидывая все буквы обратно в коробку.

— Стоит ли? — прищурился Рейалин. — Мне кажется, ты жульничала.

— Вот и неправда! Ну пожалуйста! Нам ведь осталось совсем немного дней, я права?

— Меньше, чем ты думаешь, — с тяжелым вздохом согласился мужчина. У него совсем не получалось прятать грусть. Она скапливалась в уголках его глаз, касалась губ.

— Тогда дай мне подсказки. Ты ведь знаешь все то, что они хотят мне сказать.

Дай их сам, чтобы у нас осталось время в запасе. Осталось время, чтобы просто…

Его пальцы коснулись моих губ, вынуждая замолчать. Миг, и на месте пальцев оказались чужие губы. Они сминали, подчиняли, забирали власть. Они пленили, лишали воздуха, поражали глубиной. Поцелуй поражал глубиной, а ладони сминали ткань платья на талии. Пальцы впивались в кожу даже через тонкую преграду, но я не чувствовала боли.

Наоборот, мне хотелось, я желала прижаться еще теснее, но между нами был этот чертов стол.

Чертов стол, что будто стал нашим камнем преткновения. Чертов стол, который никак не давал мне забыть о том, где мы.

— Подсказку, — прошептала я, глядя в голубые глаза с мольбой. Дыхание сбивалось, сердце…

Сердце неслось вскачь, заглушая любые звуки.

— Поиграем еще немного? — шепот едва коснулся разума, оплетая, опьяняя, забираясь под кожу тысячами игл.

Сейчас я могла согласиться на что угодно. В этих голубых глазах я тонула.

Не было ничего и никого вокруг, только Рейалин. Только его глаза, его объятия. Наверное, именно так рождается любовь. Кажется, в этот самый миг кажется, что ты любишь уже слишком давно. Еще с первого взгляда, с первого слова, с первой улыбки, что коснулась не губ — глаз.

И огнем горит сердце, огнем горит кожа, огонь льется вместе с кровью по венам, лишая дыхания, разума, собственных мыслей.

— В буквы? — так же тихо спросила я.

— В прятки, — улыбнулся дракон, сжимая сильнее, крепче.

 — Драконы любят искать сокровища.

— Но ведь я не сокровище…

— Ты гораздо больше, — поцеловали меня коротко, а тело пронзила неконтролируемая дрожь. Дрожь яркая, горячая, лишающая воздуха. — Беги, Лера. Прячься. Потому что, если найду, уже не отпущу…

Огромная библиотека с десятками стеллажей показалась мне невероятно маленькой.

Казалось, пронзительные голубые глаза видели сквозь мебель, сквозь стены, сквозь время и пространство. Я смеялась.