— Вот именно что нас никто об этом не предупредил, — похоже придется принять такую судьбу и облачиться в этот наряд, иначе Феликс на лоскуты меня порвет, так как могу огорчить невесту в ее очень важный день. Сделай я так, полетит моя голова с плеч. — Хорошо, — забираю у него из рук килт, при этом проклиная все на свете, а особенно тот день, когда я согласился на предложение Нинет Колдер и подписал тот злосчастный договор, не глядя все пункты.
Вот лучше бы в России остался, снимая моделек и светские мероприятия.
Там бы воевал с Андреем Борисовичем за право быть достойным женихом для его дочери, выросшей в богатой семье. Возможно, со временем бы и сделал ей настоящее предложение, связав с ней всю свою дальнейшую жизнь с тремя детишками в нашей зародившейся семье. А вот, с другой стороны, может оно все и к лучшему? Ведь от судьбы не уйдешь в конце то концов. Не сейчас, так через какое-то время я бы в Париже оказался, столкнувшись лицом к лицу с Виданой Зотовой и попав на свадьбу к кузине своего французского друга, который дико ржет при виде переодевшегося меня.
Чертов килт. Его и, правда не так уж и легко надеть, существуют тут свои тонкости. Обернуть, закрепить, расправить. Нужно все выполнить в точной последовательности, чтобы сидел он как влитой.
Но вот в зеркале я выгляжу довольно таки нелепо, хотя и лучше этих песняров, прервавших свой гастрольный тур, дабы познакомиться с новеньким в их компании. Особо не зацикливал внимание на их фамилиях, но вот по именам все-таки запомнил, хотя и помечая в голове их внешность.
Именно по ней и ориентироваться буду, когда кто-то из них мне понадобится. Рыжий представился Лиром, коротышка — Ронаном, с татуировкой на шее — Хебером, а вот у самого улыбчивого оказалось вполне себе обычное, американское имя — Дэвид. Трое из них были со стороны жениха. Приехали ради репетиции ранним утром, но вот только недавно начали распеваться, горланя во все горло.
А так как в их разношерстной компашке появился русский Артур, мне тут же дали какой-то листочек с непонятными буквами, как позже выяснилось, это был кельтский язык, по которому и стоит исполнять довольно легкую, лирическую песню.
Жаль, я слов не знал. Не понимал ни черта из написанного, а просто в нужной тональности рот открывал, делая вид, что прямо всем этим наслаждаюсь. Но на деле это все адом оказалось. Съемки с силиконовыми Барби и то проще провести, чем поучаствовать в этой постановке ирландского Boys Band.
