Я буду ждать тебя (СИ)

— Хорошо, — киваю согласно головой, прислонившись спиной к мягкой спинке и натянув повыше простыню. Да, мы с ним уже многократно трахались, а я не хочу, чтобы с утра он лицезрел мои сиськи. Пусть хоть в раннее время у нас будет какая-то преграда. — Даже очень хорошо, — беру в руки горячую чашку, грею об нее руки и делаю маленький глоток, стараясь не обжечь язык. Могу ведь лохануться. — Может быть и еще поспала, если бы не запах кофе, — рассматриваю комнату в поисках часов. Телефон мой явно в комнате валяется на другом конце дома.

 — Сколько сейчас времени?

— Практически десять утра, — Артур отталкивается от подлокотников и поднимается на ноги. Только сейчас замечаю, что на нем джинсы и белая футболка. Сменил он килт на привычную одежду. — Скоро нужно интервью брать у молодоженов, иначе уедут они на медовый месяц, — в его руках вижу небольшую флешку. — Тут, — машет устройством, — весь заснятый материал. Как только поболтаем с Полой, сможем и его просмотреть, — убирает штучку к себе в карман.

— Как там свадьба прошла? — прячу улыбку за чашкой.

Сразу вспомнился наш уход в дом. Все там веселились, а мы отправились любовью заниматься всю ночь.

— Феликс, — слегка посмеивается, — рассказал, что Пола с Браном с пониманием отнеслись к нашему побегу, — ну вот как он смог прочитать мои мысли? Я же даже не намекала на это.

— Господи, — одной рукой держу чашку, а другой прикрываю простыней лицо, прячась за ней от взгляда Артура, — как же стыдно. Мы приехали освещать их свадьбу, а вместо этого устроили себе медовый месяц.

Неожиданно чашка исчезает их моих рук, простыня летит в сторону, а решительно настроенный Артур уже кусает меня за губы, даря страстный, вышибающий весь воздух из легких, поцелуй. Целуемся, словно изголодавшиеся друг по другу звери, словно бы только что нашедшие друг друга. Отрываюсь от спинки кровати и сама углубляю поцелуй, обнимаю Артура за шею, намереваясь забраться на его колени, но громкий стук в дверь рушит все наши планы к чертовой матери.

Парфенов отскакивает от меня, как в задницу пчелой ужаленный, я простыней вновь прикрываюсь и перевожу сбившееся дыхание.

Дотрагиваюсь до губ, ощущая небольшую ранку в правом углу. Все-таки метку поставил. Парень же явный дискомфорт ощущает в штанах, раз трогает свой пах. Поправляет возбужденный член.

— Парфенов, срочно открывай! — Феликс. Что это ему тут понадобилось? Почему он нас таким способом донимает? — Кое-что случилось.

А вот это уже не хорошо. Это плохо, очень плохо.