Я буду ждать тебя (СИ)

— Вас всю ночь дома не будет? — уже в голове строя планы, как наведаюсь на кухню и чего-нибудь перекушу. Тем более миссис Грин рада моему обществу в любое время. — А детки с кем?

Рина вот недавно родила, а уже ребенка оставляет как мать-кукушка. Нет, я ее не осуждаю, и она неплохой человек, а отличная мама для Майи и Глеба. Просто стало интересно, кто же вместе со мной в доме будет? С кем если что можно поговорить. Ну, это при условии, что я прекращу свое затворничество, чего скорее всего не случится в ближайшие часы.

— Майя и Глеб с бабушкой в детской, — Мари Фарси от внуков никуда не отходит, порой даже Рину насильно выталкивает за дверь, чтобы она немного отдохнула. — Мы же будем где-то около полуночи дома, — хитро усмехается, явно о чем-то очень развратном думая. Знаю я ее как облупленную. Наверняка, после приема поедут потрахаться в какой-нибудь отель, так как в особняке слишком много народа. — Ты даже соскучиться не успеешь.

— Да я как бы и не собиралась, — уворачиваюсь от ее удара в район плеча, отскочив обратно в комнату.

Ей не удалось до меня дотронуться, от чего Рина громко фыркает с разочарованием в голосе. — Езжайте уже на свой вечер. Помогайте детям, нуждающимся в вашей помощи.

Напоследок показывает мне язык, после чего, стуча каблуками по коридору, направляется в сторону лестницы. Я же, взвесив все «За» и «Против», решаю все-таки спуститься вниз, чтобы немного побродить по дому, возможно, выйти на задний двор. Раз уж отказалась от посещения мероприятия, отдав Рине пухленький конверт, надо чем-то себя сегодня развлечь.

Хватит уже бледной тенью, напоминающей призрак, в комнате сидеть и порой глядеть в потолок. Эта своеобразная тюрьма уже порядком достала, надо из нее выбираться.

Перепрыгивая через две ступеньки, оказываюсь внизу, в просторном холле, что еще хранит аромат духов Рины. Значит, они не так давно покинули дом, скорее всего на такси. А может быть, Денис сам их повез на благотворительный вечер. Он недавно новую машину себе купил, чтобы, как в шутку говорит, цеплять телочек своей превосходной тачкой.

Ох, и устроила ему тогда Рина взбучку за такие слова. Заставила спать на диване, так еще и не разговаривала потом несколько дней. Нет, это не в мой к ним визит состоялось, чуть раньше, когда я еще счастливо жила в Париже и не знала, кого вновь перед собой увижу.

Боже! Снова мыслями возвращаюсь к Артуру Парфенову. К человеку, растопившему мое ледяное сердце и вонзившему в него острый кинжал, чтобы я как следует, помучилась.