Я буду ждать тебя (СИ)

Разговоры про ее отца словно лишают меня сил, не могу о нем говорить, так как ничего нового по сути и не скажу.

Ощущаю шевеление Кристины рядом с собой. Не надо быть экстрасенсом, чтобы уловить ее сигналы в мою сторону. Она смотрит так пронзительно и некоторой доли враждебности, что внутри все содрогается. Девушка какой-то силой обладает, которая не дает хотя бы пару минут отвлечься от нашего небольшого спора. Приходится выпрямляться и садиться к ней лицом, встречаясь с проницательным и очень довольным взглядом зеленых глаз.

Смогла-таки добиться своего. Тру переносицу и жестом руки разрешаю ей продолжить.

— Папа скоро приедет сюда, — делаю тяжелых вздох, стараясь понапрасну не комментировать. — Захотел немного прогуляться перед возвращением в Москву. Вот я и подумала, — глаза вниз опускает, изображая из себя саму невинность. Только я-то знаю все ее артистические приемчики, применяемые исключительно на мне, — мы могли бы провести время вместе и прийти к некому компромиссу.

— Компромиссу? — одна бровь от удивления ползет вверх.

Порой мне кажется, что Крис совсем не понимает, что с ее отцом бесполезно говорить, все равно результат будет нулевым.

Он твердокаменный баран, считающий себя благородным львом. Даже герб семейный сделал с этим благородным животным. Похоже, возомнил себя представителем дома Ланнистеров (имеется в виду один из великих домов Вестероса из серии книг Джорджа Мартина «Песнь льда и пламени» и сериала «Игра престолов»). Обычный бизнесмен, что поднялся с низов, и возомнил себя, чуть ли не величественным князем, заказав фамильное древо.

Там хоть и указаны достопочтенные люди прошлых веков, все же я сомневаюсь, что это правда.

— Да, именно к нему вам и стоит прийти, — кладет руку мне на плечо, пытаясь унять пыл. Знает, что могу в любой момент взбеситься. — Хотя бы ради меня, Артур, сделай это, — а вот сейчас легкий шантаж идет в ход посредством небольших манипуляций.

— Не уверен, что он способен на это, дочка, — грозный, пропитанный ядом голос раздается прямо над нами.

Явился, не запылился Андрей Борисович Князев, который пронзает меня убийственным взглядом, пытаясь подавить и указать на мое место. Да только я не доставлю ему такого удовольствия. Поднимаюсь на ноги, отряхиваюсь и, сложив руки на груди, вступаю в молчаливую битву с бизнесменом Москвы.

Папаша Кристины и еще троих детей жесткий, беспринципный мужчина, готовый закопать тебя заживо, если ты ему не понравившись.