Я чужая невеста

— Леди Ситрелин? С вами все в порядке?

— Нет, — честно ответила я. — Извините, Дарнин, я задумалась... И голова что-то кружится, — соврала.

Все-таки надо было посидеть несколько дней дома! Пока все это не кончится... Каким-нибудь образом. Еще неделю назад я забывала обо всем на свете, занимаясь любимой работой. Теперь же...

— А вы еще не собираетесь жениться, Дарнин? — спросила я секретаря, и тот вдруг залился краской. Ага... видимо, собирается!

— Я... — промямлил Дарнин. — Ну... я пока не уверен, леди... Но в любом случае это никак не отразится на моей работе, поверьте!

— На моей тоже раньше не отражалось, — печально сказала я и поняла, что говорю вслух, только когда паренек вытаращил на меня изумленные глаза.

— То есть... Дарнин, — произнесла деловым тоном. — Мне необходимо уйти. Оставляю сегодняшнюю работу на вас! Уверена, что вы справитесь!

— Конечно, леди Ситрелин, — растерянно кивнул секретарь. — А завтра...

— А завтра я вернусь! — твердо сообщила я, поднимаясь. — Удачи!

С порога я обернулась и увидела, как Дарнин расправляет скомканный мной документ.

На лице у парня было совершенно неописуемое выражение. И неудивительно! Ни разу за два года моей работы на этой должности я не уходила из библиотеки раньше вечера, ни разу не брала отпуск и ни разу не вела с секретарем подобных бесед.

Что с тобой происходит, Мирра?!

Вот такой, на самом деле, простой, элементарный даже ответ. Влюблена — давно, сильно, как не подобает, наверное, взрослой леди. До меронина, с меронином и без меронина — банально влюблена!

Я остановилась, не дойдя шага до телепортационной комнаты, и затрясла головой.

Да так сильно, что пробегавший мимо маг затормозил и спросил:

— С вами все в порядке, леди Ситрелин?

Нет! Я больна! Тяжело и серьезно! Я влюблена в Хранителя Грез, то есть в Безумного Барда, то есть в рыжего шута, начальника отдела Иллюзий... Да что же это такое!

Маг, так и торчавший рядом, с тревогой заглянул мне в глаза.

— Все в порядке, — четко ответила я. — Просто голова слегка кружится.

Иду домой.

— Нет-нет, что вы! Все хорошо, правда.

Домой я всегда ходила пешком, любуясь вечерними улицами столицы. Мне нравилось, как окрашиваются в розовый деревья на аллеях, как погружаются в синие сумерки дома... Но сейчас было утро. Да и настроение не то.

Минуту спустя я оказалась в своей кухне, поставила чайник и мрачно уставилась в окно. На толстой ветке, почти упиравшейся в стекло, изящно возлежала солнечно-рыжая кошка. Кажется, я назвала ее Искоркой...