Я чужая невеста

Ходили слухи, что это весьма болезненная и неприятная процедура, которая может кончиться тем, что придется вместе с печатью и кожу срезать, а потом заново наращивать. И не уверен, что это не отразится на вашем здоровье. От такой процедуры, поговаривают, раньше умирали, из-за чего сейчас и не прибегают к данному методу. Жаль будет потерять такого специалиста как вы. Давно Императорская Библиотека не была в таком идеальном порядке. Хотя, шанс на выживание есть у каждого. Правда, я глубоко сомневаюсь, что с вас снимут брачную печать.

— Как брачную?! — у меня от таких сенсационных новостей немного отвисла челюсть.

Да и от оговоренных перспектив сделалось откровенно не по себе!

— Вы меня вообще слушали? — с искренним участием, как у душевнобольной, спросил Хранитель. — Я же сказал, что обручальная печать в виде цветка, а в зверя она трансформируется после осуществления супружеских прав. То есть, по законам Ленейра вы уже супруга Мидьяра Ле-Кинаро.

То есть у нас тогда все же было?.

Кстати про мужчину. разве я говорила Хранителю о личности того, кто поставил печать?

— Откуда вы знаете? — с подозрительный прищуром воззрилась на Искусника. — Я не говорила вам имени.

—Леди, вы думали, что я не узнаю «почерк» соотечественника? Тем более из рода Кинаро.

— Я вас поняла, — устало опустилась в одно из кресел. По сути разговор был закончен, но мозг не хотел сдаваться даже в такой казалось бы безвыходной ситуации, и я начала проговаривать вслух самые тревожащие меня моменты— Но даже если я попаду на Ленейр, то как я буду искать там жрецов? Только на это много времени уйдет... А лимит ограничен.

— Я пойду с вами, — спокойно отозвался Грезы, и повернулся ко мне. Казалось, он запоминает каждую реакцию на моем лице, смотря через прорези своей яркой маски-птицы.

Уж не знаю из-за чего поражаться больше, самого факта моего возможного путешествия на Ленейр, или того, что САМ Хранитель Изначальной империи, вдруг вызывался меня туда сопровождать!

— С чего это такое стремление помочь ближнему своему? — подозрительно посмотрела на собеседника я.

— У меня расписание добрых дел? — явно издевался этот мерзавец, пользуясь тем, что его не запомнить.