Я Гордый часть 2 (СИ)

Но потом Анна вспомнила, что мы вообще-то на собрании и нам надо решить кучу важнейших вопросов — от цвета туалетной бумаги, которую надо закупить, до поиска наглеца, что срезал розы, которые выращивала наш ректор, не к вечеру будь она помянута.

После третьей фляжки мы решили, что эти проблемы решать будем потом, а сейчас главное, чтобы костюмчик сидел и голова работала. А для этого надо поставить пару подписей в закупочных актах.

Акты легли на стол, но я подписывать ничего не собирался, потому как решил, что это вообще заявление в ЗАГС и меня хотят женить.

А куча листов, к нему прилагающаяся — это брачный договор. А я по договору любить не могу — только бескорыстно.

Ханька тоже подозрительно щурила глаза, хотя это, может, ее обычное состояние, дарованное природой, и тоже отказалась подписывать, потому как замуж не собирается неизвестно за кого. А если известно, то пусть ее немедленно с ним познакомят, и тогда она решит, стоит ли идти в душ или можно подождать.

Наталья, которая гишпанка, сразу с ней согласилась, потому что всем известно, что мужики — козлы, и им только одного надо — приданого.

А что творится в девичьем сердце, их не волнует.

На это я возразил, что меня приданое вообще не интересует. Да и в принципе я очень жалостливый и готов приютить бедную девушку совсем без одежды как минимум на пару дней или даже больше. Девушки, сидящие тут, сразу воодушевились, решив, что такие как я — богатые и жалостливые, -на дороге не валяются, и раз мужик пока ничей, надо брать, а то утащат.

Выпив четвертую фляжку -мы так и не поняли, откуда они берутся, вроде же две изначально было, — все решили, что надо составить договор, по которому я — именуемый в дальнейшем жалеющий, беру их — именуемых в дальнейшем жалеемыми, к себе без одежды, дабы жалеть в любой момент, когда эта жалость понадобится.

На это я был согласен и мы долго мучили бедную бумагу, прописывая в ней условия типа: раз в день обязуюсь жалеть, девушка да убоится жалеющего его, траты на жалость не чаще раза в неделю и не более ста рублей — за этот пункт я бился аки лев, скинув его с пяти тысяч в день.

Жалеемая выполняет все распоряжения жалеющего, пока смерть или нарушенный договор не разлучат их. Договор может быть расторгнуть по обоюдному желанию сторон в присутствии свидетелей, либо по желанию жалеющего, если он решит, что уже достаточно пожалел. Жалеемая тоже может разорвать договор, если докажет, что ее плохо жалели.