Я Гордый Часть 3 (СИ)

И получилось так, что среди мужчин стало больше почитателей темных богов, а среди женщин светлых.

— Так вот откуда разделение? — охренел я. — Мужики — темные?

— Не спеши, сейчас все узнаешь…

И случилась битва, и пали боги, что нарекли себя Темными. А вместе с ними ушла и дарованная ими ритуальная магия. А Светлые, разозлившись, отняли у мужчин источники, оставив его лишь у одного своего генерала, что водил людские полки на битву — твоего пращура.

— Предатель. Пошел против мужиков. И чем мне гордиться?

— Глупец! — гневно вспыхнул Лихобор.

— Он был умней иных богов. Не пойди он на это, не докажи, что не все мужчины плохие и не все подвержены жажде разрушения, всех людей могли уничтожить!

— С хера ли всех, если бабы были за Светлых?

— Одно не сможет жить без другого.

— А, ну да. Как же без мужчин плодиться и размножаться…

— Тьфу на тебя! О чем бы не шел разговор, все сведешь к плотским утехам!

— Ты старый, Лихобор, и можешь об этом не думать. А я молод, а вокруг столько прекрасного.

— В общем, внимай, — не обратил он на мои слова никакого внимания.

— Если скрижали объединятся, Темные боги вернутся — и тогда мир падет. Светлые сейчас ослаблены войной, что недавно отгремела в другой реальности, и не смогут дать им отпор.

— И на хрена это им? Ну, в смысле, все уничтожать? Придут — и мужики снова смогут магичить. Чем плохо-то?

— А тем, что, как тебе правильно рассказали, если магия внезапно вернется к мужчинам, то произойдет резкий скачок. Самый слабый из них будет в ранге воевода.

Начнется война, старые империи падут, все обратится в хаос. Темные, питаясь людской болью и страданиями, станут еще сильней и уничтожат все светлое, что есть в людях.

— Звучит как дешевая пропаганда. Власть переменится и станет все плохо.

— Не веришь мне? Ладно, может, ты и в своем праве. Что ж, я могу показать тебе, как все было, и тогда ты увидишь, как будет, когда все вернется.

…Черное небо, усеянное всполохами молний, под ним выжженная земля с миллионами тел, что ее устилают.

Казалось, она вся ими покрыта до самого горизонта. Все мертво, жизни нет.

В центре застыли высокие фигуры. От одних исходит свет, от других тьма. Они огромны, их головы, кажется, достигают самого неба. И при этом прозрачны настолько, что сквозь них видно все окружающее. При этом они мерцают, поэтому я не сразу заметил, что у них в ногах друг напротив друга стоят люди, облаченные в легкие кольчуги.

Пожелав лучше их рассмотреть, я мгновенно оказался рядом с ними.