Я и мой близнец (СИ)

Когда с едой было покончено, Филипп пригласил нас в кабинет, где мы могли спокойно поговорить.

Этот кабинет, как и все в этом доме, сильно отличался от кабинета нашего отца. Он был больше и выглядел значительно роскошнее. Мы с Джошем сели на красивый диванчик с резными деревянными подлокотниками, а хозяин присел в широкое кресло, укрытое мягким теплым пледом.

Только сейчас я могла его нормально рассмотреть. Филипп казался лет на десять старше нас с Джошем. У него были темные волосы и бледно-голубые глаза.

— Вы знаете, друзья, удивительно, но вы мне кажетесь знакомыми, хотя я полностью уверен, что вижу вас впервые…

Я удивилась. Он словно прочитал мои мысли.

— Разрешите представиться получше: мое имя Филипп Коултер. А вы…?

— Я Джошуа Дженкинс, — проговорил в ответ Джош, — а это Аннабель Дженкинс…

Брат указал на меня, а я вежливо кивнула.

— Извините, можно мне уточнить, — осторожно произнес Филипп, — вы супруги?

Я резко вспыхнула, а Джош немного вздрогнул.

— Нет, — максимально бесстрастно ответил Джош, — мы брат и сестра…

Голос его звучал очень спокойно, но нам обоим стало от этих слов в очередной раз больно.

— Мы близнецы, — по какой-то глупой привычке зачем-то добавила я, а Филипп не смог скрыть своего удивления.

Чтобы сгладить возникшую неловкость, наш новый друг начал рассказать нам, что его отец, Уильям Коултер, много лет назад основал железнодорожную компанию и что теперь он, Филипп, продолжает дело своего уже покойного отца. Вдруг его фамилия показалась мне тоже мучительно знакомой. Коултер… Коултер… Где я могла слышать о ней? Но как я ни напрягала память, вспомнить ничего не смогла.

Потом Филипп поинтересовался, откуда мы приехали, и, когда Джош произнес название нашего городка, он замер, задумался, а потом удивленно произнес:

— Скажите, а вашего отца, случайно, зовут не Фредерик Дженкинс?

— Да! — ответила я, — Именно так!

Филипп резко рассмеялся и даже хлопнул себя по колену.

— Вот это да! Да мы же с вами родственники, друзья мои!

Мы с Джошем изумленно переглянулись, а Филипп, искрясь от неожиданного восторга, рассказал, что наш отец приходится ему троюродным дядей и что у нас несколько поколений назад был общий предок.