Я найду тебя там, где любовь граничит с безумием

– Вы сейчас имеете в виду то, как он смотрит на вас? – Задела Ева, а Лора недовольно нахмурилась.

– А что? Только не делайте такой удивлённый взгляд. Когда Москвин смотрит на вас, краснеет пол зала. Вы, правда, крепкий орешек, и выдаёте лишь едва заметный румянец, но это тоже показатель!

Ева вошла в раж и повернулась к Лоре Витальевне всем корпусом.

– Вот, по правде говоря, вы не женщина – кремень. Вокруг вас всегда много людей, мужчин в особенности, всё же занимаете стоящую должность. Но среди толпы вы всегда выделяли только троих.

– Как интересно, значит, у меня целый гарем.

– Не смейтесь, я серьёзно сейчас говорю.

– Мне кажется или в твой бокал совершенно случайно попала капля мартини?

– Да, Лора Витальевна, вы что же, всю жизнь мне этот мартини припоминать будете?! Да и не о том сейчас речь. Трое. – Она даже на пальцах продемонстрировала магическое число. – Москвин – это первый. Среди остальных он выделяется лишь тем, что вы его замечаете. То есть не отрицаете тот факт, что такой человек в вашем окружении существует, правда, и напрягаетесь в его присутствии так, словно хотите сбежать.

 – На это высказывание Лора вполне предсказуемо приподняла брови, а Ева отмахнулась. – Ну, или вцепиться ему в волосы, этого тоже исключить нельзя. Второй – Германов. Этого вы, вполне оправдано, кстати, недолюбливаете. Не скажу, чем он вам так насолил, но, как бы сказать точнее… ваш взгляд становится каменным в его присутствии. И, третий, куда же без него, Юрий Владимирович. Вот его вы позиционируете и для самой себя, и для окружающих, как безусловного лидера. Да, согласна, когда он стоит рядом, у меня так точно, колени подгибаются, хорошо ещё, что появляется редко. Но вы его выделяете! Даже плечи как-то особенно расправляете, словно хотите его взгляда удостоиться. Я, между прочим, видела, как он вам сегодня перед сценой улыбнулся. Точнее не то, как он улыбнулся, а то, как вы на это отреагировали. Германов, кстати, тоже это понял, оттого его физиономия тут же и перекосилась.

– К чему вообще вся эта речь, дорогая?

– Не знаю, может, к тому, чтобы вы расслабились, а вообще я, конечно же, поговорила бы о Москвине.

Вам не мешало бы с ним переспать.

– Да? Что ещё? – На этот раз, не пытаясь сдержать смех, издевательски качала головой Лора.

– Нет, он вас так взглядом пожирает, что о других просто и не думает. Хочет он вас. В самом пошлом и похабном смысле этого выражения. Вот, прямо взглядом обещает, что с вами сделает, дай вы ему хоть малюсенькую надежду.