Я (не) продаюсь

Помню, что мы купались в океане, а потом мне было хорошо. Очень хорошо. И хочется ещё раз это почувствовать.

-Тигран... - веду пальцами по его руке вверх к плечу, глажу голую грудь, покрытую жесткими волосками. Спускаюсь вниз, лаская напрягающийся от прикосновений живот. Останавливаюсь только у самой кромки полотенца, обмотанного вокруг бёдер. Свежий морской запах геля для душа щекочет ноздри. Мужчина склоняется ко мне, и лицо опаляет мятное от зубной пасты дыхание. Кажется, мы поссорились…

Мысль не успевает оформиться в ещё непроснувшемся мозгу, Тиграна слишком быстро становится так много.

Он сдергивает одеяло с меня, коленом вклинивается между ног, задирает ночную сорочку и погружает пальцы во влажное расслабленное после сна лоно. Это не ласка, просто проверка, готова ли я прямо сейчас. И, похоже, я её прохожу, так как следующим движением Керефов скидывает с себя полотенце, небрежно проходится кулаком по моментально встающему члену, и устраивается меж моих разведенных бёдер, держа себя на вытянутых руках. Чуть выгибаюсь, раскачивание, толчок, и веки сами собой закрываются, а с губ срывается тихий стон. Ватное, ещё не до конца проснувшееся тело покрывается испариной. Хватаюсь за его напряженные руки, скрещиваю ноги на каменных ягодицах.

Толчок…стон…Толчок…стон...Толчок…

В глубине растягиваемого лона быстро нарастает знойная темнота, растекается ядом по венам.

Мне становится его мало. Приподнимаюсь, вскидывая руки вверх. Пытаюсь притянуть Тиграна к себе за шею, заставить лечь на меня.

Чтобы чувствительные соски царапали жесткие волоски на его груди, чтобы дыхание сбивалось от его тяжести, чтобы от жара чужого тела кидало в пот. Тигран поддаётся словно нехотя, опирается на локти, обхватывает мою макушку ладонью, фиксируя голову, чуть запрокидывая её. Грудную клетку сдавливает под его весом, из горла воздух выходит с хрипом, и сразу становится невыносимо горячо.

Толчок…толчок…стон. Толчок… толчок…стон.

Быстрее. Яростнее с каждой секундой. Его губы около моего правого уха.

Горячечное тяжелое дыхание щекочет мочку, эхом отдается в голове, задавая ритм моему собственному. Мои стоны, раньше похожие на тихие всхлипы, сейчас напоминают рваный крик.

Толчок…толчок…толчок…стон.

Я напрягаюсь под ним, приближаясь к краю. Тигран безошибочно это угадывает, просовывает руку между нашими сцепленными влажными телами, находит клитор и делает несколько круговых движений с нажимом.

Толчок…толчок...Рот распахивается в немом вскрике, и я обмякаю.