Я не сойду с ума

Я схватила Кристофера, вжавшись в его руку ногтями.

- Пожалуйста, я передумала. Вколите обезболивающее.

Кристофер откинул мне волосы со лба.

- Почти полное. Доктор скоро придет.

Медсестра достала руку лицо выражало сочувствие.

- Извините, уже слишком поздно для обезболивания. Я чувствую головку ребенка в родовых путях. Скоро начнутся потуги.

Я замотала головой как бешеная собака.

- Я не могу. Я устала. Мне больно. Мне очень больно.

- Ты справишься, милая. Справишься. Я знаю. Ты сильная, - сказал Кристофер.

В комнате появились еще медсестры и второй врач. Все надевали стерильную одежду и окружали кровать. Кристофер поднял одну мою ногу, медсестра подняла вторую, и они стали прижимать ноги к моему животу.

- Стоп! Стоп! - завопила я. - Я не могу. Не могу.

- Расслабься. Сделай глубокий вдох, - говорила медсестра. - Дыши. Ты должна дышать.

Я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме жгучей боли, раз за разом пронзающей меня.

- Давай, Ханна, тужься! - крикнула она.

Они напевно считали до десяти, а я сжала зубы и тужилась.

- Горит. Что-то горит, - стонала я сквозь боль.

- Просто тужься, - сказала медсестра.

- Я не могу, слишком больно, - но тело не слушалось и тужилось само по себе. - Я больше не могу.

Кристофер посмотрел на меня. Я сфокусировалась на его глазах, заряжаясь от него силой.

- Ты сможешь, милая.

Один раз: и ребенок уже здесь. Как только он выскользнул, я почувствовала мгновенное облегчение. Доктор подхватил ребенка и положил мне на грудь.

- Это мальчик, мальчик! - воскликнул Кристофер.

У меня по щекам струились слезы, боль была позабыта в ту секунду, как он первый раз закричал. Он сразу же стал искать грудь, у меня внутри что-то открылось, что все время было там и только ждало своего времени. Он начал сосать. Я смеялась и плакала.

- Он идеален, - повторяла я, а Кристофер вместе с доктором перерезал пуповину, как мы и планировали.

Я мгновенно влюбилась в моего мальчика, восхищаясь его совершенством и тем, как долго он прожил во мне. Чувства шли из глубины. Он не был чужим -это как частица меня, потерянная, а теперь вернувшаяся на место.

Нас перевезли из родового бокса в палату. Голова гудела от усталости. Я хотела только уснуть с ребенком у груди. Мы только устроились в палате, как он заплакал.