Я не сойду с ума

Мои слова все равно ничего не изменят - она сжала губы и уставилась в окно.

Доктор Чэндлер посоветовала отвести Джейни в другой детский сад, сказав, что поиск подходящего может занять некоторое время, так что мы без промедления записали ее во второй из нашего списка. Туда надо было ехать через весь город, но выбора не было. Накануне вечером я долго сидел с Джейни и объяснял, как важно хорошо вести себя в саду. Мы обсудили, что от нее ожидается, точно как накануне на занятии с доктором Чэндлер.

В этом саду Джейни не продержалась и недели.

У нее сохранились те же проблемы с поведением, что и в первом детском саду. Только здесь руководство было далеко не так терпеливо. Она пересекла черту, когда обкакалась, а потом кинула какашки в стену. Директор даже не стала нас вызывать. Она написала письмо, в котором попросила не приводить ее в понедельник.

- Джейни, зачем ты это сегодня сделала? - спросила, когда мы вышли из здания.

- Не знаю. Можно мы поиграем в «Карамельный замок», когда приедем домой? Пожалуйста!

- Сейчас мы говорим не об играх.

Мне интересно, почему ты накакала в трусы сегодня и потом бросалась какашками.

- Мне не нравится в детском саду, - она ухмыльнулась. На лице безошибочно читалась гордость. У меня в животе все перевернулось.

Ханна обернулась ко мне с таким явным выражением «Я же говорила», какого я еще не видел.

Допрос Пайпер Гольдштейн

- Вы хотите сказать, что за все это время Джейни ни разу не спросила о своей матери? Она ни разу не упоминала Бекки? - спросил Рон.

Он с недоверием посмотрел на меня.

Я не была уверена, что он вообще мне верит

- И вам это не показалось странным? - спросил Люк. Эти двое переглянулись.

- Вовсе нет. Дети, перенесшие такую травму, не говорят о ней, пока не почувствуют себя в безопасности. Я не ждала, что она что-нибудь расскажет раньше чем через несколько месяцев.

- Но вы сами пытались с ней об этом поговорить? - спросил Рон.

- Конечно, пыталась. Не знаю, сколько еще раз мне надо это вам повторять. Я спрашивала Джейни о ее матери.

Я спрашивала все, что положено. Наверное, поэтому наша первая встреча не задалась.

- Мы можем поговорить о твоей маме? - спросила я в тот день.

Джейни выпятила губу, скрестила руки на груди.

- Я понимаю, что ты не хочешь о ней говорить. Это мама тебя била?

Она указала на дверь палаты.

- Мы можем поговорить еще о чем-нибудь, если хочешь, но уходить мне еще рано, - сказала я.

У нее на глазах выступили слезы.

- Уходи, - сказала она и снова указала на дверь.