Я не ваша, господин следователь

Значит, так суждено!

Нужно сосредоточиться на своих делах, которые мне ещё долго разгребать.

Эта мысль отвлекла от тягостных воспоминаний и грусти.

Пэкк тоже смотрела в окно, сжимая в пальцах свой платок, волнуясь: ей ещё не приходилось уезжать так далеко. Но я была очень признательна ей, что согласилась покинуть столицу и поехать со мной.

Доехав до места и поднявшись в номер, я хотела скорее принять душ и отдохнуть.

Отель оказался приятным, в светлых кофейных тонах мебель и стены создавали уют. Нас проводили в номер и пожелали приятного отдыха.

Номер состоял из двух комнат и душа. Светло-молочная мебель из гладкого тиса и лимонного цвета воздушные занавески на окнах порадовали.

Оставив Пэкк разбирать вещи, я отправилась в ванную комнату. И провела там около получаса. Когда вышла, нам уже принесли лёгкий обед. Но я решила сначала сделать звонок Мэйси и сказать, что добралась наконец до места. Всё-таки она просила меня об этом. К тому же нужно выяснить, какая обстановка в моей усадьбе.

Уединившись в спальне, набрала нужный номер. Едва прозвучала пара гудков, трубку подняли.

— Да, — раздаётся голос подруги.

— Мэйси, это я, Вишен.

— Наконец то! — вздыхает шумно подруга.

— Я уже на месте, в отеле, — улыбаюсь и обвожу взглядом уютную спальню, проводя рукой по гладкому дереву подлокотника.

— Заждалась, когда ты позвонишь, Вишен! Ты мне лгала, как ты могла?!

— Что случилось? — сжимаю трубку сильнее.

— У вас с господином Сармантом чувства! Как ты могла обмануть меня, что ничего нет?!

Прикрываю веки и судорожно втягиваю через нос воздух.

— С чего ты это решила? — уверенно отрицаю.

– “С чего”?! Да он уже второй раз ко мне заявляется и спрашивает о тебе!

Сердце пускается в галоп, предательски затрепетав, щёки мгновенно загораются огнём волнения.

— Это ничего не значит, Мэйси, — спокойно отвечаю.

— Может, для тебя не значит, но ты бы видела его горящие глаза, когда о тебе спрашивает, сущий голодный зверь.

— Это просто твои фантазии.

— Вот что, Вишен, мне надоели твои недомолвки, я хочу ясности, — требует, не оставляя выбора.

— Я расскажу тебе… потом, Мэйси.

— Почему не сейчас? Что происходит, подруга?

И как ей сказать о том, что меня преследуют и что на меня было покушение? Она же такую панику поднимет.