Я не выйду за варвара (СИ)

Более того, я уверен, что он уже через неделю другую будет стучать саблей по нашим воротам, если я не успею жениться на герцогине и узаконить свою власть. Да, пусть номинально я буду лишь королем-консортом при Королеве Анне Авроре Хангвул-Бенкендорф. Но по факту буду единолично править и смогу гарантировать нордорийцам мирную и безбедную жизнь. Вряд ли моя будущая жена разбирается хоть в чем-то, кроме шитья, рисования, музыки и языках. Ну или чему там еще обычно учат эльратских аристократок.

Мои скитания по дворцу прервал генерал Рутгерт.

Он убедил, что сейчас от меня крайне мало пользы. Мои эмоции мешают не только мне, но и всем моим подчиненным. Кроме того, во время моих расхаживаний по коридорам им сложнее обеспечить мою безопасность. Мы еще не знаем, здесь эти похитители или нет, поэтому мне лучше дать выполнять генералам их работу и отправиться в покои. Завтра мне предстоит тяжелый день. Соберётся Большой Совет. Будет решаться вопрос о том, выкажут ли мне, как наследнику, доверие представители величайших родов северных кланов или нет. Меня могут даже вызвать на смертельный поединок. И если я проиграю в нем, то мое место может занять другой сильный и мудрый воин. Возможно, будут еще какие-то испытания, чтобы я доказал свою готовность к тяжести короны на голове. Мне нужно выспаться.

Но единственное, в чем не удалось убедить меня генералам, так это в том, чтобы я спал в отведенных мне комнатах. Вместо этого я предпочел вернуться в покои моей будущей жены. Я спешил туда так, словно увижу ее там снова, но, к своему сожалению, зайдя в них, я так и не обнаружил ее.

Не раздеваясь, я упал на кровать, где еще пару часов назад лежала она. Мне хотелось быстрее уснуть, чтобы скорее наступил рассвет и закончилась эта ужасная, длинная ночь, унеся с собой все кошмары. Но сон совсем не шел ко мне. Из головы никак не желал выходить ее образ. Как она смотрит на меня, как вырывается, когда я пытаюсь стянуть с нее мокрую сорочку. И тело… Тело что пряталось под тонкими тканями.

Она не была похожа на тех женщин, с которыми я бывал. Нордорийки другие, более крупные и высокие. Она ж была их полной противоположностью: невысокая и худая, почти невесомая с тонкими кистями и щиколотками. Такая вряд ли бы выдержала суровые северные зимы.

Я ненавидел ее, но отчего-то жадно впивался в подушку, вдыхая запах ее волос, ее тела. Я запрещал себе, но сознание предательски пьянело от них, а кровь шумно пульсировала в висках.